Элайна некоторое время осмысливала информацию.

— И опять всё сводится к тому, чтобы определить место подкопа, — задумчиво проговорила она.

— В целом, да.

— Хм… А знаете, в этом я, пожалуй, смогу вам помочь, — всё так же задумчиво протянула девочка. На ней скрестились взгляды всех присутствующих. Недоверчивых, в основном.

— Помочь? — переспросил Дайрс.

— Не лично, — буркнула девочка, недовольно глянула она на недоверчиво глядящих. — Просто идея есть. Знаете, кто из людей обладает чувствительным слухом?

— Кто? — дежурно спросил граф Ряжский, когда пауза затянулась и стало ясно, что маркиза не собирается продолжать разговор, пока не услышит прямого вопроса. Типа демонстрирует недовольство.

— Во-первых, музыканты. Абсолютный слух, слышали такое понятие? Но таких не очень много. Во-вторых… Не знаю, замечали ли вы, но у детей слух тоже значительно лучше, чем у взрослого. Я даже читала по этому поводу какую-то статью… гм… Или это Лена читала? Впрочем, неважно. Вы поняли, к чему я веду?

— Вы предлагаете привлечь детей? — недоверчиво спросил Дайрс.

— Я же не предлагаю их тащить в бой, — возмутилась Элайна. — Они же по подвалам, в основном сидеть будут и слушать землю. Дайте им солдат в сопровождение, пусть тоже слушают. Ну и охраняют. А когда шум засекут, то дальше уже пусть солдаты разбираются. А можно еще и усилители слуха дать им…

— Усилители слуха? — не понял Коштен.

— Ну, уши увеличить… — Элайна приставила к своим ушам раскрытые ладони и подвигала ими, изображая шевеление «ушей». — Делается такое вот, свернутое так, из чего-то твердого. Лучше металла. Железо, медь, бронза… Что угодно. Прикрепить такие трубы к ремням и закрепить на голове. Слух усиливается… Да и направление на звук ловить удобнее будет.

Коштен недоверчиво потряс головой, подумал.

— Гм… Можно на пробу изготовить одну штуку… Если действительно будет так, как вы говорите, можно подумать о нескольких. Только вот… Впрочем, что-нибудь придумать можно… В крайнем случае пластины с гарловских доспехов соберем, те, что в переплавку наметили.

— Попробуйте, — тоже не очень уверенно отозвался Дайрс. Явно тоже сомневался в эффективности средства. — Но пока… Можно подумать. Картен, надо бы объявить о наборе в слухачи… И среди музыкантов, и детей. Маркиза права, если её слова подтвердятся и у них окажется слух лучше, чем у взрослых, то это сильно нам поможет. Попробуем, мы ничего не теряем.

Остальные согласились. В осаде Тарлоса открывалась новая глава — подземная война…

Непривычные к земляным работам гарлы ошибались слишком часто. Идея подкопов, которая сначала вызвала у Лата энтузиазм, себя не оправдала. Причем проблемы начались с самого начала. То уже прокопанный ход обвалится, потому что плохо закрепили свод, то не туда повернули (как???). А уж если защитники города замечали подкоп… Тут разного можно ожидать. В один, прокопав канал, скинули какое-то жутко дымящее при горении дерево. Из туннеля сумели выбраться только те, кто находился недалеко от выхода. А потом провалы пошли один за другим. Лакийцам словно злой дух ворожил, позволяя безошибочно отыскивать их подкопы. Причем в недоумении были даже имперские инженеры. Один лично спускался в такой подкоп, наблюдая за работой и всё проверяя. А на следующий день обрушился свод, и в туннель закинули несколько осиных гнёзд…

Лат, сначала расстроенный, что идея себя не оправдала, быстро нашел утешение, мол, согласился на неё исключительно для того, чтобы людей занять. Меньше будут думать о глупостях. Но и тут… Пошли шепотки, что это дочь герцога удачу отводит и своим колдовством помогает отыскать ходы… И всем идиотам рты не заткнешь.

К счастью, пришли новости от Осмона, которому удалось занять крепости, и теперь он что-то там планировал. Скорее всего, уже сделал, но новости оттуда доходили только чудом, ибо гонцу пришлось бы добираться до Тарлоса по территории герцогства. А после похода Осмона те озверели и патрули, мало того, что усилили, так еще и количество отрядов возросло. Они отсекли всякую возможность общения между отрядами. Это бесило Лата больше всего, хотя он и понимал, что это было вполне очевидным и предсказуемым действием. Сам бы так сделал. Раздражался просто от бессилия что-либо изменить. Можно, конечно, направить отряды, очистить дорогу, но это будет всё равно ненадолго. Просто потому, что лакийцы могли в такие вот разъезды направить больше солдат. Да и на своей земле действовали. Сам же Лат много людей с Тарлоса снять не мог после ухода Осмона. Ему же еще от пограничных баронов отбиваться, которые, словно шершни, постоянно кружились в тылу и жалили при каждом удобном случае. Уже несколько обозов так потеряли. Были разгромлены небольшие отряды разведчиков. Конечно, и гарлам иногда сопутствовал успех, но пограничники, воюя на известной им местности, имели больше шансов скрыться в болотах и лесах после поражения, чем гарлы их там отыскать. Да и из Лоргса, как удалось выяснить, отправили к ним подкрепление. Ещё и с голубями из Тарлоса. Это оказалось самым неприятным, ибо теперь в осажденном городе имели возможность получать разведданные быстро и, главное, точные. Как прервать этот обмен донесениями, Лат тоже не знал. Имперцы что-то там говорили про ручных ястребов, только где их взять? А отстреливать голубей… Так, их тут постоянно стая летает. В кого стрелять?

Признав поражение в подземной войне, Лат сосредоточился на привычных действиях, и вот тут как раз всё было хорошо. Постепенно рос насыпной холм, скоро на него уже можно будет доставить осадные машины и начать обстрел города. Строятся три башни, укрепления уже подошли на нужное расстояние. Город брался всё в более плотную осаду. Вылазки уже практически не приносили осажденным успеха. Осталось ждать, когда имперские требушеты обрушат хотя бы одну башню или стену.

Впрочем, имперцы были более пессимистичны.

— Суть не только в том, чтобы пробить стену, — словно неучу пояснял главный имперский инженер в их армии. Лату хотелось его придушить из-за одного только этого снисходительного тона, он крепился и держался, понимая, что город получится взять только с помощью этих инженеров. Приходилось делать вид, что не понимает издёвки. — Главное — сделать это быстро, чтобы защитники не успели за разрушаемой стеной построить новую. Лакийцы уже оценили и осознали, где будет атака, потому готов заложить всё своё жалованье, что там, за теми стенами, уже вовсю идёт работа по укреплению стен и созданию новых укреплений.