— Ну а что рассказывать? Я знал, что ты летишь к нам. Знал, что мать будет тебя встречать. И решил любым путем уговорить тебя назвать меня при свидетелях своим мужем. Я прекрасно понимал, что ты, скорее всего, законов наших не знаешь. Старался разжалобить. Я не врал тебе тогда. Я действительно на все согласен. Лишь бы выбраться с этой планеты. По нашим законам я уже целиком принадлежу тебе. Вывези меня отсюда. А дальше я сам как-нибудь. Тебе совершенно не обязательно узаконивать наш брак в большом мире.

— Да что ты говоришь! Ну спасибо за разрешение не выходить за тебя замуж!

Маркиаль гневно сверкнул на меня глазами и уже открыл рот огрызнуться или возразить, но в дверь постучали. И почти сразу она распахнулась. Я едва успела отскочить в сторону, чтобы не схлопотать по спине.

На пороге комнаты возникла Мирена. Именно возникла. Величественная, важная. Как королева, сопровождаемая своими верными холопами. В роли холопов, кстати, выступали три полуголых мужика со странными татуировками на левой половине груди. Все трое смотрели в пол и держали на вытянутых руках подносы, доверху нагруженные едой.

Я изумленно разглядывала эту делегацию, не зная смеяться мне или плакать. Ведь я просила всего лишь перекус. А Мирена пристально, в упор разглядывала Маркиаля. И я не сразу догадалась почему.

— Маркиаль! — Низкое шипение домоправительницы заставило вздрогнуть не только мужиков с подносами, но и меня. — Ты как себя ведешь? Обрадовался, что тебя взяла мужем эрна, прилетевшая с другой планеты? Зря! Я лично завтра же обучу уважаемую эрну Энжелин всем тонкостям и премудростям наказания непокорных!

Маркиаль торопливо опустил взгляд вниз. Его плечи сразу как-то ссутулились. Словно он напялил на себя чужую, не по размеру одежку, которая ему явно была мала. Я про себя вздохнула. Мальчишка, конечно, поступил, как мерзавец. Но это мне теперь с ним разбираться. Я точно знаю, если сейчас дрогну, если дам слабину, то авторитета тут у меня уже больше никогда не будет.

Я шагнула к шипящей домоправительнице и осторожно подцепила ее под локоток, отвлекая внимание на себя:

— Вы очень любезны, Мирена! Я буду крайне благодарна вам, если вы сможете оторвать время от своих обязанностей по дому и проинструктируете меня. Маркиаля следует проучить так, чтобы в будущем даже думать о глупостях не смел.

Я говорила, призвав на помощь все свое красноречие. Так, словно передо мной скупой поставщик, у которого нужно вытрясти скидку. И это подействовало.

Лицо эренсийки смягчилось. Она с интересом посмотрела на меня:

— Я очень рада, эрна Энжелин, что вы это понимаете. В свое время я неоднократно предупреждала эрну Алиарну о том, что она зря балует мальчишку, и что это непременно приведет к беде. Я оказалась права. Надеюсь, еще не поздно взяться за его воспитание. Чтобы вам не пришлось с ним мучаться всю жизнь.

Успокоившаяся Мирена повернулась к своим сопровождающим:

— Эй, вы! Поставьте ужин на стол!

Я наблюдала за процессом накрытия к ужину стола, кусая губы. Надеюсь, в моих глазах не слишком явно светилась жалость к несчастным, которым приходилось двигаться практически вслепую. Иначе не скажешь! Ведь что можно увидеть, глядя себе под ноги? Правильно, ничего, кроме собственных ног.

Но мужчины видимо привыкли к такому способу передвижения. Они споро пересекли комнату и сгрузили съестное на стол. Да не как попало, а красиво расставив приборы. Аппетитно разложили фрукты и ягоды. И даже поставили на стол вазу с цветами.

Справившись с сервировкой, они так же гуськом и не глядя по сторонам покинули комнату. Мирена уходила последней, сдержанно пожелав мне приятного отдыха и напомнив в очередной раз, чтобы я не стеснялась использовать мужа в любых целях.

Едва только за ней закрылась дверь, плечи Маркиаля снова распрямились, и он смело посмотрел мне в глаза:

— Ну как впечатления? Понравилось? Это гаремные. Они совершенно бесправные. И такая участь ждала бы и меня. Если бы мать за большие деньги не договорилась с эрной Лежинаей, что та возьмет меня к себе шестым мужем. Но по мне, лучше сдохнуть, чем идти мужем к этой старой извращенке. Тебе все еще хочется по-прежнему обвинять меня в том, что я обвел тебя вокруг пальца? Или тебе настолько противно видеть меня, что я даже жалкие дней десять, что ты тут пробудешь, не достоин изобразить твоего супруга? Я на большее не претендую!

Я ошеломленно потерла лоб. Да, теперь, пожалуй, я могла понять мотивы поступка Маркиаля. Вот только…

— Я не говорила, что мне противно тебя видеть. Я говорила, что мне отвратительна ложь. Но за это ты, кажется, все равно будешь наказан. — Маркиаль настороженно уставился мне в лицо. — Я сюда прилетела не на десять дней. Я не знаю, сколько я тут пробуду. У меня неприятности. И Эренсия в силу своей закрытости для меня сейчас самое лучшее убежище. Я не покину ее, пока со всем не разберусь.