По спине Рейни пробежал холодок, и её демон встрепенулся.

— Простите, девочки, мне нужно идти. Я поговорю с вами позже. — Она завершила видеозвонок, прежде чем они успели её спросить, а затем повернулась к импу. — Что-то случилось, да?

Он вздохнул.

— Можно сказать, у нас большая проблема.

— Какая?

— Тебя разоблачили. — У неё засосало под ложечкой.

— Как разоблачили? — спросила она, но уже знала ответ.

— По Общине ходят слухи, что ты можешь управлять психическим адским пламенем.

Она закрыла глаза, чувствуя, как ужас охватывает её с головы до ног.

— Как? — Она резко открыла глаза. — Как, чёрт возьми, это могло случиться?

— Мать Дуэйна получила от него сообщение, в котором он писал, что хочет вернуться в Вегас, но не может, пока все охотятся на него, как на собаку. Сказал, что ему нужно подождать, пока не найдут настоящего преступника. Он добавил: «Не жалей Рейни. Держу пари, она не говорила, что может управлять психическим адским пламенем».

Её демон с шипением выдохнул.

— Ублюдок.

— Да. Она рассказала об этом своей паре, а тот — кому-то ещё, но никто не поверил, что это правда. Но потом ещё несколько человек получили похожие сообщения. Лучшая подруга Деми, Риса. Пара одного из твоих бывших. Парень, с которым ты просто переспала, и который был недоволен, когда ты не захотела продолжения.

Рейни скрестила руки на груди.

— То есть, по сути, эти сообщения были отправлены людям, которым не составит труда распространять обо мне всякую чушь.

Он кивнул.

— Мама Дуэйна утверждает, что отправителем, на самом деле, был не он, потому что сообщения отправлены через поддельный сайт — ему не нужно им пользоваться. Она права в том, что любой мог ввести номер мобильного телефона Дуэйна в поле отправителя на сайте.

Рейни опустила голову. Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт.

— Думаю, тебе удалось разозлить тех, с кем ты не ладила. Но думаю, что им недостаточно напасть на Городские чернила. Как ты и сказала, они хотели, навредить тебе. Что ж…

Подняв голову, она прикусила губу.

— И что теперь?

— Джолин собирается провести собрание для всей Общины возле нашего общественного центра. Оно начнётся через двадцать минут. Тебе необязательно там присутствовать, но…

— Я приду. Если буду прятаться, будет выглядеть так, будто я виновата. Я не сделала ничего плохого. Ладно, да, я солгала им, скрыв что-то. Но они наверняка поймут почему.

— Думаю, они поймут почему. Я просто не уверен, что им будет не всё равно. Дойл оставил так много шрамов в логове.

— Знаю. — Она провела рукой по волосам. — Полагаю, можно с уверенностью сказать, что мой план полностью провалился.

— Всё это время они обостряли ситуацию, так что, вероятно, в конце концов, сделали бы это, даже если бы ты не провоцировала их.

— Думаю, да

— Блин, Мэддокс будет в ярости. Ты же ему расскажешь?

— Только после встречи. Он очень защищает меня, и будет настаивать на том, чтобы быть там, а Джолин бы этого не позволила, так что…

— Ладно. Пойдём. Бабушка уже там.

Киран телепортировал их в комнату для персонала, где ждали Джолин, Бек и Мартина — все в разной степени ярости. Увидев Рейни, они смягчились.

Мартина обняла её.

— Я понимаю, почему ты не рассказала мне и Беку о своих способностях, но мы бы не стали держать на тебя зла, милая.

— Нет, не стали, — добавил Бек, мягко улыбнувшись Рейни.

— Спасибо, — сказала Рейни. — Будем надеяться, что большинство членов Общины чувствуют то же, что и вы.

Джолин подошла к ней.

— Я бы солгала, сказав, что некоторые не взвинтили себя до предела. Постарайся не принимать близко к сердцу то, что они говорят. Они шокированы.

Дверь открылась. Вошли Эванджелин и Лахлан, готовые разнести всё в пух и прах. В его случае это, вероятно, было в буквальном смысле. Они оба обняли Рейни и заверили её, что всё будет хорошо. Ей хотелось бы им верить.

— Вы трое можете побыть со мной, пока я буду говорить с Общиной, — сказала Джолин. — Но, Рейни, лучше, если ты дашь говорить нам. Не потому, что не заслуживаешь права говорить за себя, а потому, что я никому не позволю использовать это как возможность поспорить с тобой и устроить сцену. У тебя нет причин что-то объяснять или оправдываться. Ты не сделала ничего плохого. Я не позволю, чтобы с тобой обращались так, будто ты на суде.