— Теперь, я надеюсь, ты будешь более разговорчивой. У нас перед тобой большое преимущество. Не сбежишь. Так что если хочется жить и, может быть, даже вернуться к своим — придется пообщаться с обезьянками.

— С обезьянками? — спросила Лена.

Артем отмахнулся, мол, потом объясню.

— Как обстановка? — спросил он и в этот момент из десантного отсека появились Юра и Марта. Первый улыбался и шел не хромая — везучий хрен с вакциной своей, заживает все как на… как на гуле?

Тема посмотрел на бедро Елизаветы. Та все еще хромала и подъем ей дался тяжело, хотя видно было, что пуля прошла по касательной — вспорола ткань штанов и пропахала борозду в мясе, но ничего суперсерьезного. Рана выглядела подсохшей и поджившей, но свойств мегарегенерации у гулей все же не было.

— Как минимум, все живы, — ответил Максимов, — и ты тоже. Значит, дела, учитывая переделку, в которую мы попали, неплохи. Я доложу в Атом, что ты отыскался, потому что вчера пришлось на сеансе связи записать тебя в потери.

— Ну спасибо, — ответил Артем.

— А что? Мы думали тебя минами накрыло.

И Максимов ушел в себя, даже поник как-то в броне, ссутулился — стал вызывать Атом.

— Я рад, что вы тут все не передрались, — сообщил Артем Лене и подошедшим.

— Мы собирались, — ответил Юра, — не все хотели… продолжать миссию.

— Мы не подписывались, что по нам будут шмалять бомбами! — сразу завелась Лена, усиленный репродукторами брони голос звучал зловеще.

— Я точно не подписывалась, — довольно спокойно заметила Марта. По ее виду было понятно, что спор ведется со вчерашнего вечера, и он ее, кажется, забавляет. — А это что за облезлое чудо?

Артем покосился на Елизавету. Она слушала с любопытством, а вопрос будто проигнорировала.

— Кто у вас главный-то? — спросила она. — С кем мне разговаривать?

— Успеешь еще, — ответил ей Артем. Это, конечно, тоже интересный вопрос, вот бы они сами могли дать на него общий ответ..

— А где Панин? — перевел он тему.

— Роман отказывается выходить из машины, — сообщила Лена. — И от еды отказывается, хотя мы хотели спустить ему через люк. Максимов думает, что тот сильно ранен в ногу, не может ходить, но скрывает, потому что боится, что мы его тогда оставим где-нибудь… но вообще-то это он нас вытащил и привез сюда.

— Он и правда сильно ранен в ногу, — сказал Артем.

— Ты видел?

— Он мне сам сказал, — соврал собиратель. Сейчас не самая подходящая обстановка, чтобы еще разбираться с Паниным.

— Тогда надо как минимум его осмотреть.

— Ну… это его выбор.

Тут, к счастью, зашевелился капитан, избавляя Тему от необходимости продолжать разговор..

— Так, — сообщил он, — в центре очень рады, что команда снова в полном составе. Касательно гуля приказ один — допросить. По возможности не вступать в бой. Я сказал, что формально мы уже в него вступили, но там видимо давят ваши, институтские, чтоб их… все еще думают, что мы подойдем к передатчику мирно…

— К передатчику? — оживилась Елизавета. — Так вот зачем вы здесь? Вы собираетесь уничтожить Храм?!

Она вдруг рванулась вперед, прямо на груду стали, которая легким движением силовой перчатки откинула гуля в сторону.

— Какая резкая, — металлически фыркнул голос Максимова.

— Фанатичка, — ответил Артем. — Эй, ты живая там?

Женщина встала, отряхнулась. Сплюнула кровь.

— Сраные людишки в консервных банках, — сообщила она, впрочем, довольно спокойно.

— Мы не собираемся уничтожать Храм, что бы это ни было, — впервые подал голос Илья, — мы хотим прекратить трансляцию.

— Проповедь? — переспросила Елизавета. — Ее нельзя остановить.

— В смысле, невозможно технически, или нельзя, потому что это запрещено вашими догмами?

Максимов вдруг переключился на деловой тон. На рабочий. Допрос, его родная стихия. Учитывая искажение и усиление голоса, звучал он и правда внушительно.

— Так это ты главный? — спросила его Елизавета. — Ну так знай, что и то и другое верно.

— Что, у вашей радиостанции выключателя нет? — спросила Лена.

— Или провода можно выдернуть, — согласился Артем.

— Пришедший не позволит, — ответила она.

— Кто такой этот Пришедший?

Она пожала плечами.

— Первый. Тот, кто нас призвал.

— Что значит Первый? Первый в чем? — спросил Илья.

— Послушай трансляцию и все поймешь.

— Он ваш предводитель.

Она засмеялась.

— Какие же вы наивные дураки все, — произнесла она с очень искренней улыбкой.

— Так, ну-ка пойдем, — Максимов схватил пленницу стальной лапищей за плечо и, судя по всему, сил не рассчитал так как она громко вскрикнула, — хочешь, не хочешь, а поговорить с нами придется.