— Что это за клоуны? — Жека кивнул головой на шутников.

— Это боснийцы, — осторожно, чуть не шёпотом ответил метрдотель, пожилой немец в широком костюме моды 20-х годов, и прошептал: — Официально они проходят как беженцы. Но на деле это военные из Боснии, их поселило министерство обороны. Это Мирчи Завоглу, сын генерала Тенто Завоглу. Слышали про такого?

Конечно, Жека читал про этого ублюдка. В России в газетах про него писали ужасные вещи. Считался он военным преступником, якобы торговал славянскими детьми и женщинами и вырезал целые деревни в Сербской крайне. Но в последнее время его теснила сербская армия и генерал сбежал с семьёй и телохранителями на Запад, бросив своих головорезов на произвол судьбы. Но Западу он оказался почему-то нужен.

Чернявый длинноволосый хрен был его сын. Жил со своими дружками в хороших номерах, в три горла жрал-пил, да наезжал на мирных туристов. И вот надо ж такому случиться, что в этот отель приехал Жека со своей спутницей. Поистине, повороты судьбы бывают причудливы…

Когда стали подниматься по лестнице, сзади снова раздался взрыв хохота. Жека и Сахариха спокойно поднялись на третий этаж и вошли в номер. А тут неплохо! И очень даже неплохо! Большая мягкая кровать с чистейшим белоснежным бельём, новая мебель, душевая кабина, телевизор с видаком. Жить можно!

Сахариха бухнулась на кровать, а Жека подошёл к окну. Красота! Их номер располагался как раз над речушкой, протекающей под домом, и вид отсюда открывался великолепный. Река, извиваясь, бурным потоком текла по городу меж каменных берегов. Вдоль всей речки, прямо у домов, были устроены площадки для отдыха, стояли искусно сложенные из дикого камня беседки. В беседках за столиками сидели местные жители, попивая пиво, на зелёных лужайках, ярко освещённых красивыми светильниками, бегали дети. Да… Это место казалось волшебным.

И опять волшебство оказалось нарушено самым беспардонным образом. Вот много ли Жеке надо для полного счастья??? Да совсем мало! Лишь только чтоб его оставили в покое! Но злые люди неизменно переворачивали всё с ног на голову.

Жека заказал ужин в номер. Немецкая традиционная еда уже задолбала, поэтому заказали на ужин нейтрально-европейское — стейки средней прожарки, лазанью и мидии в сырном соусе. К ужину попросили бутылочку розового шампанского «Вдова Клико».

Через десяток минут в дверь постучали. Жека отворил её и впустил официанта с тележкой, на которой стояли блюда, накрытые серебристыми крышками, и бутылка шампанского в ведёрке со льдом. Вид у официанта был слегка растерянный, что не понравилось Жеке. И в этой растерянности была причина — не успел Жека закрыть дверь, как её придержали с той стороны. В номер внаглую вошли трое давешних чернявых чмошников.

— Не составить вам компанию, уважаемый герр? — на грубом немецком нагло заявил длинноволосый, подмигивая дружбанам, таким же худощавым и длинноволосым мужикам в полувоенной форме.

— Да без проблем! — неожиданно согласился Жека, и отпустил официанта. — Идите, пожалуйста, мы поужинаем с господами!

Официант в недоумении посмотрел на Жеку и усмехающуюся Сахариху и вышел из номера. Жека пошёл за ним.

— А ты куда это? Бросаешь нас? — снова рассмеялся Мирчи Завоглу, оттопыривая усики. — Оставляешь подружку для нас?

— Нет, — отрицательно покачал головой Жека. — Я дверь закрыть. Чтоб никто не убежал.

— Дверь закрыть? — в глазах длинноволосого дурачка что-то промелькнуло. Тень какого-то недоумения, что всё пошло не по плану. Эти немцы повели себя не так, как от них требовалось. Не стали убегать, просить пощады, просить покинуть номер. Они…

Жека подошёл вплотную к Мирчи и уставился ему в глаза тусклым взглядом хладнокровного убийцы.

— Ты кто по жизни, сука? Погоняло как? В тюряге срок мотал? — мрачно спросил Жека, привыкший к бандитским разборкам. К сожалению, по-немецки он не знал, как избазаривать, поэтому пришлось перейти на русский.

Узнав славянскую речь, Мирчи сильно погрустнел и сделал попытку отпихнуть Жеку от себя, но тот хуком положил его на пол. Один чернявый попробовал отскочить назад, но поймал вертушку в висок и тоже свалился у кровати. Третий босниец сделал попытку убежать, но дверь оказалась закрыта! И хотя открыть её не составляло никакого труда — требовалось всего несколько секунд, однако в такой заварушке и они могли оказаться фатальными.

Босниец понял, что выбежать из номера он не успеет, поэтому вытащил из кармана нож. Не успел его выставить перед собой, как Жека мощным ударом по кисти выбил оружие из рук. А вторым мощным ударом кулака по сопатке сломал шею нападавшего — был он абсолютным дрищом, и шейные мышцы имел совсем не накачанные. Голова запрокинулась от сильного удара, да и осталась в таком же положении. Конец игры! Финита ля комедиа!

— Чё-то гнилой какой-то попался, — недовольно сказал Жека, поднимая нож. — Немощный, как старый дед. По сопатке дал, а у него шея сломалась. Смотри, Свет! Хороший нож у чувака был! Типа финки!

— Так ты ему прилепил, как будто кувалдой приласкал! — усмехнулась Сахариха, подошла к Жеке и стала рассматривать нож. — Неплохой. Но у нас на зонах лучше делают. Батя рассказывал, что когда зону топтал, финками барыжили там. Делали и на волю отсылали через мусоров знакомых. Хорошие башли на зоне поднимали!