— Ну, рассказывайте, чего принесло, чего надумали. Только сразу предупреждаю: за просто так я не работаю. Придётся заплатить.

— Конечно, бабушка, — почтительно говорю я. Иван переминается рядом. — Вася в беде, бабушка, сестра моя. Ты ж знаешь, бабушка, что она заснула и не просыпается никак? Вот только Ваня и может с ней… пообщаться. Когда спит. Кто-то держит её во сне. Не отпускает. что делать, бабушка? Как спасти сестру?

— А ты, волк, при чем тут? — спрашивает старуха, пристально рассматривая Ивана. Тот жмется под ее взглядом и все пытается спрятаться за мою спину.

— Так Вася сестра мне, бабушка.

— Тебе сестра, а кому-то жена будет.

— Она ж маленькая еще! — заявляю, и вдруг понимаю, что Васькей уже девятнадцать. Совершеннолетняя уже. Просто привыкли мы, что младшая.

Бабка отмахивается от меня, как от мухи.

— Так уж прям. Ну, рассказывай, молодец. Что ты там во снах своих видишь? Только подробно рассказывай. Иначе не помогу.

Иван морщится и напряженно смотрит на Ягу. И начинает рассказывать. Когда он наконец замолкает, баба Яга уже совсем злая.

— Так, значит, — тянет она. — Василиса, значит… Ну-ну. Ладно. Придётся вам сходить туда, откуда никто просто так не возвращается.

— Куда? — Спрашивает Иван. Он уже осмелел и, по-моему, готов к любым свершениям.

— В её сон, сынок. Да только попасть туда — не так-то и легко. Но ты почему-то с ней говорить можешь. А значит и пройти в ее сон можешь. А вот почему ты это можешь — вопрос интересный. То из-за тебя или из-за того, что проклятый ты? Ну, захочешь — так спросишь да узнаешь. А пока, сынки, Василису выручать надо. Не проснется она — нет из того сна выхода. И не сон там вовсе — смерть.

Я и подумать не успел, как бабка приложила палец к губам и строго взглянула на меня:

— Понял — так молчи. Не зови лихо. Да парня не пугай. Никому туда не войти, кроме него. Только заплатить вам придется.

— Я все отдам за сестру, только помоги, бабушка, — попросил я. — Что хочешь проси.

— Ох ты ж смелый… А ты, козлик?

Иван встрепенулся:

— Я готов, бабушка. А что делать? Вы скажете?

— Скажу. Только слушай внимательно. Дороги туда никому не найти. Укажут ее три царства — медное, серебряное да золотое. И в золотом найти надобно то, что погубит супостата. Несколько капель их всего, а и одной капли достаточно, — Яга пристально смотрит на Ивана, тот ерзает и явно чувствует себя совсем неуютно.

Бабка наконец переводит взгляд на меня, как будто я понять точно должен. Ну да, сказки я еще пока помню. Ваське их чуть не до двенадцати лет ее рассказывал на ночь — она заснуть без них не могла. Да и теперь периодически слышу — она их котенку своему рассказывает. Притащила откуда-то чудика блохастого, и мы все растаяли…

Баба Яга пинает меня по лодыжке, очень даже ощутимо.

— Ты, волчонок, слушай, слушай, — ласково воркует она. — А то как бы потом пожалеть не пришлось.

Иван

Бабулька оказалась вовсе и не страшная. Хотя все равно, конечно я робел перед ней. Не знаю почему. Просто так.

Мы в целом удобно устроились: Андрей примостился а каком-то шатко стульчике, обтянутом потертой бархатной тканью, пыльной и выцветшей. Куда указали — туда и сел, даже не глядя. Меня бабушка усадила на какую-то табуретку. И начала расспрашивать. Я честно все рассказал, даже больше, чем знал. Ну, я думал, что не знаю, но как-то так она ловко меня выспрашивала… Сидит такая передо мной, в блузочке зелененькой, с бантом, жилетка вязанная поверх, хоть и дни вон какие жаркие. Ну чисто наша историчка. И смотрит еще так поверх очков — и не захочешь, а ответишь.

Говорю ж, как на уроке.

Поговорили так, а потом бабулька термос не пойми откуда вытащила и открыла. И оттуда как пахнуло травами, лесом, волей…

А она разлила в две чашечки и подает нам. Андрей сразу взял, а я замешкался. Но он так на меня зыркнул, что я все сомнения подавил. Вообще, мне и сестра, и мама с детства внушали, что лучше никаких угощений на улице ни от кого не брать. Даже от соседей. Даже от родных. Не знаю, отчего так, но вот приучили. До сих пор некомфортно себя чувствую, когда мне кто-то в институте предлагает жвачку или шоколадку. Не могу. Кажется, что возьму — память о маме предам. Хотя, казалось бы, связи-то никакой?

Но тут я взял. И посмотрел на Андрея. Тот сидел, понурый и какой-то… облезлый, что ли. Чашечку держал, но не пил.

Оказалось, ждал, когда баба Яга себе нальет.

— Пейте, детки, — ласково проговорила она. — Пейте, а я пока расскажу-ка вам сказку.

Ну вот, только сказки мне не хватало. Сначала Андрей всю ночь «думал», хотя знал, куда и к кому идти надо. Чего, до соседнего дома дойти сложно было? Побеспокоить боялся? Так ведь не для себя, для сестры любимой. А если судить по тому, как баба Яга реагировала на мой рассказ про сны — дело и правда серьезным оказывалось! И что? Ночь потеряли!