— Моя квартира затоплена, — ответила она.

— Твоя квартира затоплена, или это ты её затопила? — Я приподняла бровь, чтобы подчеркнуть вопрос. У моей подруги даже не хватило совести выглядеть виноватой, но она, по крайней мере, признала правду.

— Возможно, моя квартира и не затоплена... — начала она неуверенно.

— Ах, Селина, прошу тебя! Опять? — Я вошла, оставив дверь открытой. Моя подруга тащила за собой большой чемодан на колёсиках, и я не думаю, что это всего лишь на один день.

— Это не моя вина. Я открыла кран в ванной, и пошла в спальню за трусиками... — говорит она, как будто это было что-то незначительное.

— И после этого ты споткнулся и заснула в своей постели? — Повторяю я, то же абсурдное объяснение, которое Селина уже давала мне в прошлый раз, и падаю на диван. Слава богу, сегодня суббота. И словно для того, чтобы испортить моё счастье, перед глазами внезапно возникает сосредоточенное лицо Артура, когда он занимался со мной любовью.

Это происходит так часто, что я начинаю задумываться, не стоит ли обратиться к врачу. Но сдерживаемая фрустрация – это не болезнь, Джулия, это признак здоровья!

— Нарколепсия – это очень серьёзное заболевание! — говорит Селина.

— Да, это так! Но ты от этого не страдаешь, Селина! — Недоверчиво напоминаю я ей, но моя подруга достаточно самонадеянна, чтобы поверить в собственные оправдания. Селина бросает свой чемодан на полпути и падает на диван рядом со мной.

— Я не спала, — она подтверждает, но её взгляд говорит мне что-то ещё, и я сжимаю губы в ожидании. Она закатывает глаза, прежде чем продолжить. — Мне позвонил папочка, и я забыла закрыть кран, — говорит она, но я уверена, что это не всё. Я прищуриваю глаза в молчаливой просьбе. — И вот тогда я заснула.

— И как долго ты планируешь здесь пробыть?

— Думаю, неделю. Поскольку это происходит не в первый раз, в компании сказали, что в этом нет смысла, мой пол потерян навсегда. На этот раз я, наверное, уложу плитку, но мне так нравился тёплый пол... — последнюю часть она произносит шёпотом, глядя вверх.

— В какой-то момент это должно было произойти. Если бы у меня было хоть немного прав в решении этого вопроса, я бы настояла на том, чтобы убрать ванну из твоей квартиры. Однажды этот этаж может обрушиться на квартиры этажом ниже.

— Сейчас ты преувеличиваешь. — Она поворачивается ко мне так, словно я сказала что-то неразумное. — Прежде чем это произойдёт, из-под дверей начнёт вытекать вода, предупредив соседей с моего этажа. Они, вероятно, выломают мою дверь и разбудят меня.

Я моргаю, удивляясь, зачем я вообще вступаю в этот разговор. Не находя разумного объяснения, я предпочитаю промолчать.

Мне придётся пересмотреть свои планы. Вряд ли Селина позволит мне спокойно работать. Всё, чего я хотела, – это провести целый день, обдумывая наилучшую стратегию приобретения «Таварес» без внезапной угрозы присутствия Артура, нависшей над моей головой, или без бесконечных вопросов о моём недовольстве его отсутствием.

— Ну… — начинает Селина, и я закрываю глаза.

— Хм.

— Твой отец. Я тут же открываю глаза и щурюсь, поворачивая голову к подруге.

— Ты поэтому здесь? — Спрашивает она, моргая, словно уверена, что ей всё сойдёт с рук. Эта улыбка напоминает мне об Артуре, который тоже часто так улыбается.

Это воспоминание вызывает у меня злость на Селину, потому что это её вина. За последние несколько часов я старалась не думать об этом человеке, но стоило ей появиться, как он возник в моей голове дважды за последние пять минут.

— Мы беспокоимся, — говорит она, словно они были единым целым.

— О чём беспокоитесь? Я знала, что не должна была ничего говорить! Твою квартиру действительно затопило? — Спрашиваю я, потому что, если подумать, даже не понимаю, зачем она здесь. На всю следующую неделю свободны три квартиры.

— Ну конечно, да! — С подозрением наклоняю голову, и Селина закатывает глаза. Она достаёт телефон из кармана, разблокирует его и набирает несколько клавиш на экране. Затем она показывает мне видео, на котором запечатлена её квартира в несколько хаотичном состоянии, если можно так выразиться.

— Хорошо, — говорю я.

— Не могу поверить, что тебе нужны доказательства.

— Не могу поверить, что ты намеревалась действовать тайно.

— Эй! — Протестует она. — Не убивай посыльного, ладно? Обычно Пенни была бы лучшим кандидатом на эту роль, но её и остальных сейчас нет в городе. Ты выбрала худшую неделю в мире, чтобы начать вендетту, — предупреждает она, и я вздыхаю.

— Я не собираюсь устраивать вендетту, Селина.

— О, нет? — Она наклоняет голову и приподнимает бровь. — Значит, компания, в которой ты работаешь, пытается купить компанию твоего отца после того, как ты сказала им об этом? Это не вендетта? Какая прелесть! — Она подносит руку к груди и вздыхает с притворным облегчением, прежде чем улыбнуться. — Так чем ты занимаешься? — Спрашивает она, внезапно теряя игривый вид, и я встаю.