— Я пытаюсь осознать, стоит ли мне признаться своим детям, что я забыл, как впервые увидел их маму. — Разблокировав экран своего телефона, я с удивлением обнаруживаю, что уже шесть утра. Но это не имеет значения. Я нахожу контакт Бруно и начинаю видеозвонок.

— Кто-то умер? — Отвечает он, уже проснувшись и одевшись для пробежки. Я вижу, как он кладёт трубку на что-то, чтобы приготовить себе напиток перед тренировкой. — Эй! Я знаю тебя! — Восклицает он, глядя на Джулию, и я в шоке открываю рот.

— Ты её знаешь? — Спрашиваю я, и Джулия, поворачивая голову, смотрит на меня через плечо, словно говоря: «Я же говорила.»

— Ты Лия? — Прямо спрашивает Бруно, и я громко выдыхаю.

— Если бы это была не она? Отличный приятель!

— Вчера ты был у нас и плакал весь вечер, говоря, что любишь её. Если бы это была не Лия, ты бы заслужил то, что с тобой случилось.

— Он мне нравится, — говорит Джулия, и Бруно широко улыбается в ответ.

— С кем это ты разговариваешь в такой час? — Спрашивает Милена несколько секунд спустя, появляясь перед камерой. Она тоже одета в спортивную одежду, но на её лице застыла хмурость. Милена хмурится, а затем моргает, и её глаза расширяются. — О, боже мой! Ты Джулия!

— Привет, Милена, — приветствует её Лия, смеясь.

— Прекрасно! Итак, все, кроме меня, помнят, как я познакомился с матерью своих детей. Кроме меня блядь!

— Разве ты не помнишь? — Машинально спрашивает Милена, но тут же осознает свою ошибку. Её рот открывается и закрывается, как у рыбы. — Мы сейчас повесим трубку, — предупреждает она. — Джулия, я не могу дождаться, когда снова увижу тебя. Прощай, Артур. — Она уходит, и экран гаснет.

Чувствуя головокружение, я ослабляю давление на тело Лии, и теперь она может повернуться и забраться на меня.

— Счастлив?

— Я в это не верю, — комментирую я, очень расстроенный. — Как это может тебя не беспокоить?

— Ты помнишь, как впервые увидел меня на парковке в «Браге»? — Спрашивает она, кладя руки мне на грудь и упираясь в неё подбородком.

— И каждую секунду после этого.

— Тогда это самое главное. С этого всё и началось, не раньше. — Я прикусываю губу.

— Я люблю тебя всем сердцем, куколка. — Мы переворачиваемся на кровати, и я оказываюсь сверху. Лия тихонько вздыхает. — А теперь я создам столько воспоминаний, чтобы никогда больше не забыть тебя. — И я нежно целую её.

***

— Что ты скажешь, если мы сегодня отменим работу? — Спрашиваю я между поцелуями, хотя знаю, что Лия никогда не согласится. Но вместо того, чтобы рассмеяться и попросить меня быть серьёзным, она сразу становится серьёзной. Я отрываю от неё своё лицо, уже хмурясь.

— Нам нужно поговорить. — Её тон заставляет меня сесть на кровати.

— Что случилось?

— Вчера я сказала, что должна тебе кое-что показать. — Я киваю. — Но мне не удалось этого сделать. Подожди минуту, — просит она и встаёт.

Джулия выходит из комнаты, а я с тревогой жду, стараясь заглянуть в открытую дверь, но вижу только стену в коридоре. Вскоре Лия возвращается с чёрной коробкой, которую, как мне помнится, я видел на столе в её гостиной, и белым конвертом в руках.

Обнажённая, она становится на колени на кровати, садится на корточки лицом ко мне и протягивает коробку. Её нервное выражение лица подсказывает мне, что содержимое мне не понравится. Я быстро открываю коробку, и первое же изображение заставляет меня посмотреть в испуганные глаза Лии.

— Что я вижу?

— Это принесли вчера. Я получила коробку, когда вернулась домой. К содержимому была приложена записка. — Я достаю сложенный листок бумаги из коробки.

Я разворачиваю конверт и начинаю читать. Закончив, я закрываю глаза и глубоко вздыхаю, стараясь сдержать свой гнев.

— Кто вручил тебе коробку, любимая?

— Консьерж. Я спросила его, и он сказал, что это передал парень на велосипеде. Я попросила разрешения посмотреть записи с камер, и это действительно так, — произнесла она, и я нервно облизнул губы.

— Я понял. — Лия отвела взгляд, сглотнула и вновь посмотрела на меня, протягивая белый конверт, который она сжимала с такой силой, что он весь помялся. — Что это? Ещё одна угроза?

— Нет, — ответила она, когда я взял конверт. Я открыл его и обнаружил сложенный втрое листок бумаги. Я прочитал только первые три строчки.

— Но что это значит, Джулия?

— Это моё заявление об увольнении. — недовольно произносит она. — Я понимаю, что разговор в постели, сразу после того, как мы закончили заниматься любовью, не совсем подходящее время и место для подобных вещей, но учитывая обстоятельства, я думаю, мы сможем это пережить. Она оправдывается.