Шрифт:
— Да, — кивает она. — Зачем ты пришёл, Артур?
— Мне нужно было это сделать.
— Почему? Прошло восемнадцать лет, — тихо произносит она, словно эта тема тоже причиняет ей боль.
— Ты знаешь, какой сегодня день? — Спрашиваю я импульсивно, мой голос срывается.
— Не проходит и дня, чтобы я не считала их, Артур. Ни одного дня за последние восемнадцать лет. Никогда.
— Я... —Я отвожу взгляд, чувствуя жжение, и вздыхаю. Когда я снова смотрю на Лидию, я понимаю, что мои глаза покраснели. — Я так и не извинился перед тобой. Я знаю, что…
— Ты? — Перебивает меня Лидия, её глаза тоже затуманены, лоб наморщен в замешательстве. И воцарившееся молчание объясняет то, чего я не могу понять. Она вздыхает и отводит взгляд. Когда она снова смотрит на меня, слёзы, накопившиеся до этого, проливаются наружу. — Я никогда не винила тебя, Артур. Никогда. Она говорит так тихо, что это почти похоже на свист. Она качает головой отрицая это, снова и снова.
— Но почему? Почему нет? Меня там не было, а я должен был быть.
— Ты должен был, — кивает она. — Но не ты принимал решение, Артур. Это я забрала его без твоего согласия, не дав тебе шанса… — Она замолкает и моргает, позволяя новым слезам пролиться. — Это я должна просить прощения, а не ты.
— Я никогда не винил тебя, — говорю я, чувствуя необходимость произнести эти слова. Я знаю, что она тоже нуждается в них, и внезапно меня охватывает новое чувство вины. Чувство вины за то, что я не подумал сказать ей об этом раньше. Чувство вины за упущенную возможность восемнадцать лет назад. — Никогда.
— Ты должен, я…
— Никогда, — повторяю я, перебивая её, и Лидия на мгновение замолкает.
— Так что, я думаю, теперь всё, что нам нужно сделать, это простить самих себя.
— Как ты думаешь, у тебя получится?
— Я стараюсь, — говорит она с грустной улыбкой. — Каждый день я стараюсь.
Она умолкает и поднимает глаза.
— Сначала я не старалась. Я цеплялась за чувство вины, думая, что это единственный способ сохранить память о прошлом, понимаешь?
— Я понимаю. Я прекрасно понимаю, что ты имеешь в виду.
— В этой тревоге я провела годы. Затем я снова забеременела. Первые несколько месяцев были ужасными. — Её глаза сужаются, словно она заново переживает каждое из воспоминаний, связанных с этим периодом. — Это была смесь радости, вины и отчаяния, которая чуть не привела меня к краю пропасти. Если бы не Юрген... — Она качает головой. — Я должна была понять, что это несправедливо. Было несправедливо по отношению к этому ребёнку, что мне не нравилось его вынашивать из-за боли, которую я испытывала за другого. Я должна была начать пытаться. Даже зная, что, возможно, мне не удастся это сделать, что, возможно, понадобятся годы, чтобы достичь этого, я должна была попытаться. И это то, что я делала. День за днём.
— День за днём, — шепчу я. — Звучит как отличный план.
45
ДЖУЛИЯ
ЧАТ ДЕВОЧЕК «СУЧКИ»:
Алина: значит, теперь вы вместе?
Джулия: что?
Джулия: нет!
Селина: но разве вы не проводили каждый день вместе в течение последнего месяца?
Джулия: да, но это не значит, что мы пара.
Эми: И за последние несколько недель ты не была у него дома?
Джулия: была, но это также не свидетельствует о наших отношениях.
Пенни: и вы не обмениваетесь сообщениями и не занимаетесь совместными делами?
Джулия: нет! Хотя последние несколько выходных мы провели в постели, это не значит, что мы встречаемся.
Алина: И у вас нет эксклюзивного секса?
Джулия: да, но это лишь потому, что в сутках всего двадцать четыре часа. Уверена, если бы у меня было больше свободного времени, этого бы не произошло. Кроме того, иногда мы задействуем других людей в «Малине».
Пенни: вместе!
Джулия: они всё равно остаются другими!
Алина: Правда? И чьё имя ты выкрикиваешь, Джулия? Артура или того парня, который тебя соблазняет?
Джулия: это не имеет значения!
Джулия: Ты отходишь от темы!
Селина: Какой темы? О том, что у вас отношения?
Джулия: у меня нет никаких отношений!
Алина: О, Джулия, как тебе не стыдно!
Алина: Признай, что у тебя есть отношения!
Я хмурюсь, когда читаю последнее сообщение Алины, потому что в моей голове я слышу, как она выкрикивает эти слова. На самом деле, я удивлена, что она не отправила голосовое сообщение. Я отрываю взгляд от экрана телефона, который держу в руках, и осматриваю гардеробную Артура. Когда я снова смотрю перед собой, то вижу в зеркале своё отражение, наполовину одетое для выхода на работу.
Серая юбка-карандаш уже подогнана по фигуре, а голубая блузка заправлена, но верхние пуговицы всё ещё расстёгнуты, обнажая темно-синий кружевной бюстгальтер – подарок Артура.