— Чтобы убить, если сдам? — фыркнула я.

Оба мужчины молча поджали губы. Ничего не сказали. Но, странным образом, я… почти поверила, что убивать меня они не планируют. Не сейчас, так точно.

Поэтому я вернулась к насущному.

— У него меньше двух часов, — напомнила я.

— Я помню, — кивнул Неш. — Есть идеи?

И снова… не вовремя, но я отметила, какой он красивый. Даже с раной, даже с этой хмурой мордой, даже с чужой магией, скользящей по коже, он выглядел так, что сердце предательски дрогнуло. Я мысленно хлопнула себя. Прекрати. Он вот-вот отбросит хвост.

Я ни разу не видела живых драконов. А если он умрёт — возможно, и не увижу больше никогда.

— Пойдём. Покормлю тебя, — сказала я, глядя прямо на Макса.

Он нахмурился, будто я предложила ему яд.

— Тебе нужны силы, чтобы пережить следующие сутки, — напомнила я терпеливо.

Он смотрел с подозрением. Потом покачал головой.

Я почувствовала, как начинает подниматься злость.

— Я могла отравить тебя куда проще, — процедила я. — Портить еду — не в моём стиле. Мало того — это моя еда, дракон.

— Она права, — добавил Неш. — Тебе стоит поесть.

— Последний ужин? — усмехнулся этот… упрямый, упёртый… дракон.

— Я не собираюсь тебя заставлять, — бросила я. — Пойду закончу ритуал, который вы, между прочим, прервали.

Не знаю, откуда во мне взялась эта наглая уверенность — но я просто развернулась и вышла, оставив их в комнате.Я вернулась в ритуальную, прикрыв за собой дверь. В комнате по-прежнему пахло дымом и травами, но часть предметов оказалась сдвинута — я не закончила. Не люблю, когда меня прерывают.

Собрав волосы в ленивый пучок, я привычно начала всё расставлять по местам: чашу — к центру, светильники — по углам, масло — к ладану, серебряный круг — точно под ноги. Всё по порядку. Всё, как учили. Всё, как я делала сотни раз.

На этот раз мне никто не мешал.

Я встала в круг, выдохнула, позволила свету пройти через ладони. Ритуал пошёл легко, словно сам. Я знала каждое слово, каждое движение. И когда он закончился, я привычно улыбнулась.

Свет принял. Значит, всё правильно. На сегодня — всё.

Обычно после вечернего ритуала я принимала ванну, выпивала тёплый травяной отвар и засыпала с лёгким сердцем. И сейчас уже почти направилась в сторону ванны… Но остановилась.

Слишком… тихо.

Никаких голосов. Ни шорохов. Даже тени присутствия.

Я застыла в проходе, прислушиваясь.

Они ведь ещё здесь, да? Или… уже нет?

И почему от этой тишины у меня по спине побежали мурашки?

Глава 4

Я медленно двинулась по коридору. Прошла мимо зала, где они стояли раньше, но там было пусто. И только возле кухни уловила что-то — звук, запах... еду?

Я шагнула внутрь — и остановилась на пороге.Эти двое спокойно устроились за моим кухонным столом.

Неш сидел, облокотившись на локоть, и ел что-то из моей глубокой миски, не торопясь, с удовольствием. Макс выглядел менее уверенным, но тоже жевал — кусок хлеба с сыром, кажется, и что-то ещё. Я обвела взглядом стол. Половина недельных запасов уже была на нём. Вторая — в процессе поглощения.

— Вы, значит, решили, что раз я не отравила еду, — тихо сказала я, приподняв бровь, — можно уничтожить мои припасы подчистую?

Оба подняли головы. Макс чуть замер, будто пойман с полным ртом. А Неш даже не подумал остановиться — с ленцой хмыкнул:

— Ну… ты же сказала, что ему надо поесть. Вот мы и решили, что ты делишься.

Я только покачала головой и тяжело выдохнула:

— Делю-ю-юсь… Что с вами делать. Я отвернулась, потёрла переносицу и всё же добавила: — Я подготовлю для вас спальни. Благо в этом доме она не одна.

Макс тут же приподнял бровь:

— А чем плоха та, в которой я был?

Я обернулась, посмотрела на него с самым серьёзным лицом, на какое способна:

— Она моя, — произнесла я с нажимом. Он открыл рот, будто хотел возразить, но я не дала. Потому что поняла — прошёл уже добрый час.

Я подошла ближе, встала перед ним, заглянула в глаза. — Что? — нахмурился он. Я не ответила. Протянула ладони и провела по его ауре, концентрируясь.

Да. Как я и думала. Свет внутри него уже начинал угасать. Яд снова шевелился. У него — максимум пятнадцать минут, чтобы дойти до кровати и не рухнуть на пол.

— Доедай. И баиньки, хвостатый, — сказала я, отступая, и повернулась, чтобы направиться в сторону спален.