Значит, она погибла в ту же ночь, что и мои родные. Или ещё не родилась. Вот моя надежда.

Обычно я контролировал сны. Выходил, когда хотел, чтобы не переживать этот кошмар снова и снова. Но в этот раз…

Я бродил по залам бесконечное количество времени. Потерянный. Один. Не понимал, что не так.

Иногда мелькала светловолосая девушка — светлые глаза, мягкий взгляд. Но кто она — я не помнил. Не мог вспомнить сквозь сон. Сквозь эту вязкую пустоту.

И тут…

Как удар изнутри. Как будто сердце рванулось и тут же сжалось в кулак. Я закричал от боли — и очнулся, срываясь в реальность, как из воды на воздух.

Не сразу сфокусировался. Комната качалась. Грудь жгло.

Рядом был Неш. Его лицо, напряжённое и бледное, нависало надо мной.

— Как он? — спросил он у кого-то за спиной.

Я перевёл взгляд.

Она. Блондинка. Светлая. Тревожная. Нахмуренные брови, пухлые губы плотно сжаты.

— Насколько это возможно — нормально, — сказала она. — Яд локализован. Но ты же понимаешь, он никуда не делся. Противоядие всё ещё нужно. И если кто-то из нас — я про тебя, некромант, — умрёт… яд прорвётся. Сожрёт меня и его тоже. Хотя, может, и только его, если мне повезёт. Я всё же светлая.

— Я не планирую умирать, — спокойно ответил Неш.

— Никто не планирует, — фыркнула она.

И только тут я осознал, где нахожусь. Кто она и как я попал в ее дом. Но сказать ничего не успел. Тьма нахлынула. Слишком резко, слишком густо. Меня унесло обратно в темноту.

Когда я очнулся снова, было тихо. Гораздо тише, чем в прошлый раз. Рядом — только Неш.

Он сидел на краю кресла, как будто никуда и не отходил.

— Как ты, Макс? — спросил он спокойно.

Мой лучший друг. Мой единственный друг. Кто еще захочет дружить с принцем, чью семью вырезали светлые фанатики, кто одержим жаждой мести и давно перестал верить в счастливые финалы? Только некромант. Только тот, кому плевать на все правила. Он был рядом в самые трудные моменты. И вот — снова здесь.

Я медленно повернул к нему голову. Все внутри отзывалось слабостью.

— Я не знаю. Ты скажи мне… как я?

— Ты будешь жить, — сказал он. — Девочка постаралась.

Он… улыбнулся? Я никогда не видел, чтобы Неш улыбался.

— Что она сделала?

— Подарила тебе свою жизнь. Ну и мою тоже. Но моя, сам знаешь, всегда была в твоем распоряжении. А теперь и её тоже.

— Я не понимаю. Светлая связала… свою жизнь со мной?

— Ага. Нас троих. Теперь мы связаны. Яд не сможет тебя убить, пока мы с ней держим его вместе.

— Как ты её заставил?

— Не заставлял. Я вообще не знал, что она это делает, — честно признался он, глядя куда-то в пол. — Сначала она собиралась связать только меня с тобой. Перспективы, мягко говоря, были так себе. Но я был не против. А потом, уже во время ритуала, она передумала.

— Почему?

— Похоже, её свет стал настолько безжалостным, что готов убивать своих, лишь бы не дать им согрешить. Она поняла, что не сможет провести ритуал, не заплатив сама. Вот и заплатила. Добровольно.

Я замолчал. Просто смотрел в потолок.

— Значит, мы можем уйти?

— И да, и нет, — пожал плечами он. — Город всё еще перекрыт. Противоядия нет. А яд в твоём сердце всё ещё сидит, как гвоздь в доске. Нам нужно средство. Причем настоящее. У меня стойкое ощущение, что наши в Совете не знают состав. Такая едкая дрянь могла быть придумана только светлыми.

— То есть, всё бесполезно?

— Пока поживём у девчонки. Она, конечно, не в восторге, но и не грызётся. Похоже, ей довольно одиноко. А там… видно будет.

— Хреновый план.

— Какой есть, ваше высочество.

— Не называй меня так.

— Хорошо, — усмехнулся он.

Я закатил глаза и выдохнул. Хотел бы я сказать, что всё это звучит как кошмар. Но кошмаром была та ночь в замке. Это… просто последствия.

Глава 11

Прошло несколько дней. Однообразных, до скуки одинаковых.

Каждое утро и каждый вечер в комнату приходила она — светлая. Без приветствий, без лишних слов. Просто подходила, смотрела, прикладывала ладонь к моей груди, иногда что-то бормотала под нос. А потом — уходила.

Как будто я — часть её распорядка. Как завтрак. Или, не знаю, уборка.

Силы возвращались до раздражения медленно. Но стоило только мне встать с кровати, как раздавался строгий голос: — Лечь. Немедленно.

И всё. Даже не смотрела. Просто приказывала — и уходила к своим безумным делам. А что ещё хуже — Неш поддерживал её. Они, похоже, спелись. Двое — по разные стороны магии, но одинаково упрямые.

Неш вообще обычно был со мной до обеда. И только потом уходил, потому что к девчонке начинала тянуться вереница людей с самого утра и вот до того самого обеда. С болью, с болячками, с жалобами. К моему отцу во дворце меньше народу приходило, и он, на секундочку, был королем.