– О, понятно. Я обхожу все тротуары в городе, чтобы связаться с сотней парней, а ты сидишь в своем офисе и пьешь кофе. Ты действительно пытаешься вывести меня из себя, не так ли?

– Конечно, - сказал Джек и отхлебнул кофе.
– Ты лучше работаешь, когда злишься. Что еще сказала Бек?

– Сказала, что нашла некоторые волосы на лобке "забавными". И она уверена, что у девушки был секс неоднократно - убийца оставил много спермы. Также есть какие-то проблемы с ранами, но она не сказала, какие именно.

– Я поговорю с ней, - сказал Джек.
– А ты тем временем убирайся из моего офиса и иди отрабатывать свою зарплату.

– Ты что, привилегированный? Почему ты не можешь помочь с какой-нибудь дерьмовой работой?

Джек покачал головой.

– Дерьмовая работа целиком твоя, напарник. Надень галоши, - мысленно он увидел треугольник. Он увидел красное.
– Я буду занят, проверяя другие углы.

ГЛАВА 5

– Не беспокойтесь о своих сумках, - сказал Хоронос.
– Жиль и Марзен принесут их позже. Давайте я вам все покажу.

Вероника и Джинни вошли вслед за хозяином. Дальнейший контраст привел их в замешательство: интерьер был совершенно не похож на то, что можно было ожидать. Хоронос, очевидно, был человеком, который видел в контрасте какую-то главную цель. Интерьер выглядел скорее колониальным, чем антикварным. Много тяжелых панелей и витиеватой отделки. Много антиквариата. В гостиной был самый большой камин, который Вероника когда-либо видела.

Белый костюм Хороноса, казалось, излучал свечение в темную комнату.

– Боюсь, местные жители считают меня довольно эксцентричным, - сообщил он.

– Мы все эксцентричны, - сказала Джинни.

Хоронос слегка улыбнулся.

– Возможно, но, возможно, нас считают эксцентричными только потому, что другим не хватает смелости следовать зову сердца. Нас не понимают, поэтому нас осуждают. По правде говоря, мы вовсе не чудаки.

– Тогда кто же мы такие?
– спросила Вероника.

– Возвышенные.

Это довольно напыщенное заключение повисло перед ними, как помеха, как и призрачная улыбка Хороноса.

– Воля к творчеству - это то, что создало мир, а не логика, не разум, - сказал он.
– Без желания - и стремления к творчеству, свободного от структуры того, что мы называем конформизмом, не было бы ничего. Вы согласны?

– Да, - сказала Джинни.

– Я не знаю, - сказала Вероника.

Следующей на очереди была не менее просторная кухня в колониальном стиле, кладовая и роскошная столовая. Все это заставляло Веронику не переставать удивляться. Это огромное помещение, все эти комнаты - для чего они нужны? Они прошли через французские двери на террасу, откуда открывался вид на задний двор. Подстриженный топиарий и висячие растения окружали большой бассейн. Высокий забор и деревья во дворе наполняли весь двор тенистостью и тишиной. Джинни была ошеломлена, но Вероника осталась скорее озадаченной, чем впечатленной.

– Вы женаты?
– спросила она.

Хоронос рассмеялся.

– Боже мой, нет.

– Я только хотела сказать, что...

– Зачем одинокому мужчине столько места?
– закончил Хоронос.
– Мне это не нужно, но я могу себе это позволить. Вера дарует сокровище верующим.

– Ветхий Завет?
– догадалась Джинни.

– Верно.

– Вы хотите сказать, что вера сделала вас богатым?
– Вероника не удержалась.

– Вера в моего брокера, мисс Полк, - он снова рассмеялся.
– Я пошутил, я не чувствую себя виноватым из-за того, что богат.

Еще больше напыщенности. По крайней мере, он был честен.

Когда они поднимались по лестнице с тяжелыми перилами, казалось, что верхний этаж состоит только из одного длинного коридора. Стены были увешаны картинами в роскошных рамах, но Вероника не узнала ни одну из них, ни их стиль. Неужели Хоронос написал их? Возможно, он заинтересовался художниками из-за собственной творческой неудачи. Это многое объяснило бы.

– Ваши спальни небольшие, но вы найдете их удобными.

У нее и Джинни комнаты были одинаковые и стояли рядом. Маленькая кровать, прикроватная тумбочка и крошечный туалетный столик. Голые белые стены и тускло-зеленые занавески. В каждой из них была небольшая гостиная с балконом. В комнате Джинни стоял письменный стол и пишущая машинка. В комнате Вероники был стол для рисования, несколько чистых холстов и коробка с принадлежностями.

Вероника и Джинни только переглянулись.

– Мое единственное требование, чтобы во время вашего пребывания здесь вы что-нибудь придумывали, - сообщил им Хоронос, - изо дня в день.

Так оно и было. Хоронос был просто пресловутым покровителем искусств. Вероника сразу почувствовала себя уникальной проституткой.

– Но я не имею в виду, что вы должны что-то создавать для меня, - возразил мужчина.
– Как раз наоборот. Я хочу, чтобы вы создали что-нибудь исключительно для себя.