Город, пока меня не было, ни капли не изменился. Я приземлился в одном из тёмных проулков, мягко спружинив ногами о мостовую и убрал крылья, а затем изменил свою внешность. Не знаю насколько охотница хороша сама по себе, но у её работодателей вполне могут быть информаторы и среди девушек низкой социальной ответственности. Так что вместо высокого молодого бледнокожего парня к ним сегодня заглянет коренастый смуглый мужик лет сорока. Усмехнувшись мысли о нехитрой маскировке, я зашагал к вожделенной цели.

До дома подушек нужно было пройти два квартала, но получилось преодолеть у меня только один. Со слухом у доппельгангеров всё даже слишком хорошо, порой это мешает. Вот и сейчас он помешал, а я услышал писклявый голосок девчонки лет двенадцати:

— Не надо. Пожалуйста!

А потом хлёсткий удар и хриплый мужской бас:

— Заткнись и раздевайся, с@чка. А то тебя ещё и все парни поимеют.

Пройдя ещё два шага, я остановился, тяжко вздохнул и глубокомысленно произнёс:

— Ну собирался же бесчеловечный эксперименты на благо всего человечества на завтра отложить… Что ж мне так в последнее время везёт-то?

С раздражением отвернувшись от такого манящего дома подушек, я свернул в переулок и быстрым шагом добрался до виновников моего плохого настроения. Три местных криминальных элемента зажали в тёмном углу девчонку, которая несла туесок с едой своему папаше, который был опять оставлен на ночную стражу. Мужик был честным служакой, судя по воспоминаниям дочери, и почему-то подобное случалось с ним подозрительно часто. То ли кто везёт, на том и едут, то ли командир так прессовал несговорчивого подчинённого. А ещё своей честностью скромный десятник мешал таскать всякое интересное добро через стену в обход ворот и похоже даже сдал парочку любителей нечестного заработка из своих коллег. Прямых доказательств, что донёс именно он, не было, но в таком деле обычно достаточно лишь подозрения. Попыток этих кренделей его купить мужик не оценил, за угрозы дал в морду и пообещал в случае чего убить уродов к демоновой матери. Но похоже ему не очень поверили или посчитали, что не доберётся… Кажется мне неплохо бы провести задушевный разговор с одним любителем подпольных боёв. Его знакомцев в столице графства вроде как встряхнули и он наверняка рад, что сам отделался лёгким испугом. Но видимо чтобы его подчинённые не беспределили испуг должен быть тяжёлым или хотя бы средней степени тяжести. Сейчас же стоило заняться другим делом, коль скоро на девчушке уже порвали платье. Я вернул себе обычный вид молодого псевдо-дворянина в чёрном камзоле, стал виден, а затем проговорил:

— Боюсь прубзды ты тут получишь только в плохом смысле.

— О, да у нас тут герой! — хохотнул жилистый любитель молодого тела, видевший только мой силуэт и кивнул двум своим габаритным дружкам — Но время для прогулки ты выбрал плохое.

«Быки» двинулись ко мне, беря в руки солидные тесаки с поясов, однако сегодня у меня не было настроения для милосердия. Я положил руку клинок, когда-то принадлежавший вампиру и постарался повторить фокус, который любили японцы с выхватыванием катаны, сразу переходящим в удар. Получилось неплохо, моя скорость значительно превосходила человеческую и через мгновение по подворотне покатились две голову, а два тела начали обливать всё вокруг кровью из обрубков шей. Чтобы не попасть под фонтаны, я резко рванул вперёд и аккуратно, почти нежно ударил рукоятью оружия по темечку несостоявшегося насильника. Точнее в этот раз несостоявшегося. Проследив за падением тела, не получившего лишних повреждений, я обратился к девчонке:

— Мелкая, иди домой.

— Нет, я должна… Ай! — начала она про ужин отца, из-за которого весь сыр бор и начался. Всё таки местные бандюганы опасались лезть прямо в дом стражника, находящийся в приличном районе.

— Заткнись и иди домой. Быстро, млять! — дал я ей пощёчину и слегка придавил взглядом. Не хватало ещё, чтобы эту любительницу сократить путь через подворотни прихватили за чувствительные места, ещё не округлившиеся, но вполне себе проглядывающие через порванное платье — Не умрёт Клайв с голода за одну ночь, а вот от горя, если тебя дуру, тут всё таки снасильничают и убьют, вполне может. Так что шагом марш на освещённые улицы и шуруй.

Выдав последнее наставление, я взвалил бандита на плечи, запрыгнул сначала на забор, а потом и на конёк ближайшего дома. Тот слегка заскрипел от веса двух взрослых мужиков, но ненадолго. Я совершил короткий разгон, расправил крылья и бесшумно как сова замахал ими что было сил, набивая высоту. К счастью стена у Кираёта была не очень велика и я благополучно перелетел её в качестве непонятной тени в ночном небе. А потом начал планировать к лесу, остановившись где-то через пол часа, посчитав что удалился достаточно.

Началась самая важная часть сегодняшней работы. Тело бандита было прислонено к дереву, а я расчистил площадку, выровнял её, а затем начал чертить клинком колдовские линии и магические символы. Вышло на мой взгляд вполне пристойно, память колдунов и магов это в целом подтверждала. Мелкие огрехи предполагалось подправить вручную. Всё таки неведомый демон, усиливающий орков, судя по всему прямо не вмешивался в процесс, а вот у меня такая возможность есть. Автоматизация это хорошо, но порой полезно ручное управление. Усмехнувшись этой мысли, я подошёл к бандиту и срезал с него когтями лишнюю одежду. Демоническое зрение это конечно хорошо, но в данном случае хотелось бы получить максимум информации. Закончив подготовительный этап, я снова сделал руки человеческими и отхлестал урода по щека со словами:

— Очнитесь, ваше величество. Армия тьмы на подходе.

— А! Что!? — не понял он.

— С возвращением в мир живых, мой сладкий пирожок — усмехнулся я, а потом гаркнул — Встать!

Бандит вскочил как ошпаренный тут же запричитав:

— Я не виноват. Грубер меня заставил.

— Виноват, Коллин — усмехнулся я зубастой улыбкой и подсветил глаза жёлтым, читая его мысли — Ты виноват очень во многих грехах. В каждой смерти человека от твоей руки начиная с того выпивохи, которого ты в четырнадцать лет зарезал, забрав себе его полупустой кошелёк. В каждой изнасилованной девке, начиная с Марты. За это ты и избран мной.