Я замялась и не сразу ответила.

— Его слова можно толковать двояко.

Золовка привела меня в свои покои и гостеприимным жестом предложила занять плетёное кресло.

Я любила Поместье Серебряных Бабочек. Что ни деталь, то произведение искусства. Казалось, всё здесь соткано из воздуха, хотя стены и колонны были совсем обычными, каменными. Террасы были обширными, окна — неизменно распахнутыми. Тёплый ветер играл лёгкими занавесками, цветы и деревья в кадках в ответ шелестели листьями. С утра до заката огромный дом был залит солнцем, а полнолунными ночами — белым серебром.

Жаль. Больше мне здесь не место.

Джия устроилась напротив меня. Как и я, она была в трауре. Чёрный цвет по-особенному оттенял её холодную красоту. Как и её брат, Джия была довольно высокой, и черты её лица были твёрдыми и острыми. От взгляда тёмных глаз, казалось, ничто не могло укрыться, он пригвождал к месту и не позволял ускользнуть в тень.

— Я давно хотела поговорить с тобой, — сказала она, сжав в руке край кружевной мантильи.

— Слушаю.

Джия отвела взгляд.

— Должно быть, ты заметила… Дела в поместье идут не очень хорошо. Я стараюсь, как могу. Мама уже не в состоянии держать его, как прежде. Прошу извинить за дурные новости, но у нас больше нет возможности оплачивать обучение Аурики. Прости. Отныне это твоя забота.

Я потрясённо выдохнула.

Нет, я… я в глубине души понимала, что рано или поздно эта новость настигла бы меня. Я чувствовала неловкость, когда в своё время госпожа Изанна сама предложила взять на себя эти расходы. Чувствовала, что мы с сестрой не имеем права на такой щедрый жест. И вот… да.

— Не волнуйся, мы не будем отзывать задаток за следующий семестр! — продолжила Джия, заметив выражение моего лица. — У тебя будет время подумать, что делать дальше. Прошу, не обижайся. Это вынужденно. Ты по-прежнему часть нашей семьи, ты по-прежнему для нас родная.

— Я понимаю. Спасибо за то, что сделали для меня и Аурики. Я очень благодарна.

Джия тогда была одной из тех, кто настаивал, чтобы целитель проверил и огласил публично, кто же отец моего ребёнка. С тех пор многое произошло, но почему это вспомнилось именно сейчас?

— И ещё, — продолжила золовка. — Я всё слышала. Ваш разговор с Инро. Его слова нельзя трактовать двояко, как ты выразилась. Он угрожал тебе. Я прошу тебя больше не приближаться к нашему дому. Я не хочу, чтобы тебе навредили или обвинили в чём-то… ужасном.

— Например? В чём?

— Мало ли в чём, — туманно ответила Джия. — На это у многих людей весьма богатая фантазия. Видишь ли, не один только Инро считает тебя чужой. Ты просто этого не замечаешь, потому что не живёшь здесь.

— Я догадываюсь. Но не понимаю, чем же я мешаю? Я ни на что не претендую.

— Это знаем мы. Но всё может измениться в любой момент. Поэтому не подставляй себя. По понятным причинам я выстою, ты же — нет. Тебе также нельзя навещать матушку. Её состояние может сделать её инструментом в чужих руках. Как и тебя. Клевета, оговор… Чувствуешь, как при желании всё можно обставить? Не обижайся, прошу. Я просто не хочу, чтобы ты попала под раздачу в этой грызне, которая вот-вот назревает. У меня просто слов нет, насколько это мерзко, и зла не хватает.

Вид у Джии был унылый. Не похоже, чтобы она лукавила или увиливала от прямого ответа — я неплохо её знала. Но всё же я не могла сказать и слова.

Это всё произошло неожиданно. Точнее, я знала, что когда-нибудь всё закончится, но не думала, что настолько быстро.

У меня остались сбережения — то, что полагалось после смерти Джера. Хорошая сумма. Её хватило бы, чтобы оплатить всё обучение Аурики со следующего семестра и до самого выпуска. Но я так хотела эти деньги оставить ей на приданое!

— Ты не обижаешься? — спросила Джия, всматриваясь в моё лицо.

— Нет. Я всё понимаю. Спасибо, что предупредила. Я покину поместье прямо сейчас.

Встала и поклонилась Джии, как ранее это сделал Инро.

Я пока что ничего не скажу Аурике. У меня есть полгода, чтобы что-то придумать.

Сейчас же мне нужно позаботиться о своём проекте и визите в Долину Аверандис. Он определит нашу с сестрой судьбу.

…Путь в заповедный край занял куда больше времени, чем я рассчитывала. Караван, к которому я присоединилась, держал путь через лесистую провинцию Акону, которая с некоторых пор была обласкана обильными дождями. Дороги размыло, и это замедлило ход каравана.