Брусничная пустошь приобрела зловещую репутацию. Местные крестьяне туда не суются, тем более, что почва непригодна для посева. Но, разумеется, раньше иногда появлялись чудаки, которые верили, будто в глубине пустоши и впрямь что-то скрыто. Более того, некоторые пытались вычислить, где именно припрятан вожделенный горшок золота. На что они опирались, кроме буйной фантазии? Не понимаю. Результатом такого умозрительного вычисления одного местного грамотея якобы явилась карта, которую он перед смертью завещал сыну, а тот, будучи человеком разумным и богобоязненным, не стал гоняться за призраками. Он просто отложил этот, так сказать, манускрипт в к другим ненужным документам, как памятную диковинку.

— И вы нашли его? — полюбопытствовал Ларс.

Бакалавр покрутил шнур портьеры.

— Нет, конечно, — ответил он. — Я наткнулся на упоминание о пергаменте, когда по просьбе потомков этого разумного дворянина разбирал старую библиотеку. Но смутные слухи про нее встречались мне и раньше.

— Но вы, как настоящий исследователь, конечно же решили довести дело до конца и отправились на поиски документа? — с легкой насмешкой спросила Эдна.

— Вы не ошиблись, — ответил учитель. — Но я потерпел неудачу. Часть документов была вывезена из усадьбы во время ремонта и складирована в другом здании, где вследствие несчастного случая все они были безвозвратно утрачены. Мне нечего вам сказать, гере ленсман. И я бы желал вернуться к своим делам.

Он в упор посмотрел на Ларса. Ленсман поднялся на ноги, Эдна последовала его примеру. Ларс поднял со стола фуражку.

— Еще один вопрос, гере Мерк, — быстро произнес он. — Фамилия того дворянина была, случайно, не Дальвейг?

Портьера слегка дрогнула, повинуясь движению шнура, но тут же встала на место.

— Нет, не Дальвейг. Я имел в виду потомков Сиварда Роттера. А почему вы спрашиваете?

— Да так, — Ларс натянул фуражку на голову и направился к двери, но внезапно обернулся, словно что-то вспомнив:

— Вы сказали, что бывали чудаки, которые посвятили себя поиску сокровища. А в наши дни? Вы не встречались с такими людьми?

Бакалавр пожал плечами.

— Почему же нет? Местные мальчишки играют в клад и бегают на пустошь. Но разве что среди бела дня и на самый краешек.

— Но это дети, — гнул свое Ларс. — А взрослые? Кто-то из образованного сословия?

Учитель скрипуче рассмеялся.

— Вы меня удивляете, гере ленсман, — ответил он. — О, провинция, провинция! Нет, гере Иверсен, возможно я вас разочарую, но на такое торжество наивности в наши суровые времена люди умственного труда уже не способны. Кстати, а почему вы спрашиваете? Желаете сами попытать счастья?

Эсбен Мерк внезапно так развеселился, что Ларсу до ужаса захотелось влепить ему затрещину. Дабы избежать искушения, он коротко поклонился и вышел из учительской.

— У меня есть еще один вопрос, — услышал он голос Эдны Геллерт. — Точнее просьба. Лив, где ты? Лив?!

Лив, которая весь разговор обреталась у дверного косяка в коридоре, навострив уши, почуяла, что речь подошла к спорному вопросу учебы, и вознамерилась сбежать, однако остановилась на полпути.

Ларс нашел ее у двери в кладовку. Она заглянула туда, внезапно быстро присела и подобрала что-то у самого порога.

— Лив! — снова окликнула ее Эдна. — Немедленно иди сюда!

— Иду! — отозвалась девочка и торопливо прошмыгнула мимо ленсмана, пряча что-то в карман кофты.

Ждать пришлось довольно долго. Наконец Эдна и Лив вышли на крыльцо и направились к ленсману. Эдна выглядела слегка раздраженной. Лив с унылой физиономией тащила под мышкой книги.

— Странный он, этот ваш бакалавр Мерк, — заметил ленсман. — Если уж он не слишком любезен со взрослыми людьми, то представляю, как достается его юным ученикам.

— Если честно, я донельзя удивлена, — ответила Эдна. — Он всегда был весьма учтив и приветлив, а сегодня как с цепи сорвался. И знаете, что самое странное: когда вы ушли, он словно опомнился и принялся извиняться. Нашел для Лив все нужные пособия.

— По-моему, он недолюбливает полицию.

— Этого он не сказал. Ссылался на занятость и усталость.

— Вот оно как, — протянул Ларс. — И чем же таким он занят в каникулы?

— Насколько я знаю, он репетиторствует в состоятельных семьях. Жалованье сельского учителя весьма скромное, а у него старики-родители и младший брат на попечении. Они живут в соседнем гераде. Как я поняла, он вернулся в Альдбро ненадолго и вскоре должен отправиться в дом очередного оболтуса-гимназиста.

— Понятно. Ну, а кроме работы? Верховая езда, рыбалка, охота?

— Лошадь вы видели. А что до рыбалки и охоты — нет. По крайней мере, я никогда не видела его с удочками или ружьем.

— Ну да, — протянула Лив. — А это тогда для чего?

Она засунула ладонь в карман кофты и достала нечто маленькое, продолговатое и блестящее.

— Пуля? — удивилась Эдна. — Лив, где ты ее взяла?!

— На полу чулана. Наверно, она выпала, когда разбились цветочные горшки. Она ведь серебряная, да?