Он принялся яростными хлопками ладони стряхивать с пыль с жилета и рубашки.

Эдна вновь появилась в дверном проеме.

— Не сердитесь, Эсбен, — произнесла она. — Детские шалости здесь ни при чем. Мы пришли по другому поводу.

— Вот как? — отозвался учитель. — И позвольте спросить, фру Эдна, какое же дело могло привести вас сюда в обществе полицейского? Гере Иверсен, если не ошибаюсь?

Тон бакалавра нравился Ларсу все меньше и меньше. В раздражительном голосе чувствовалось какое-то нервное и презрительное напряжение.

Может, Мерк один из тех странных типов, которые пишут брошюрки с дикими идеями о счастливом обществе без короля, правительства и армии? Ларс никогда не встречался с подобными людьми, но не раз слышал разговоры в офицерском собрании.

— Не ошибаетесь, — подтвердил Ларс. — Гере Мерк, мне нужно задать пару вопросов.

— В каком качестве я выступаю? — осведомился учитель. — Не забывайте, я имею право нанять адвоката.

— Что вы такое говорите, Эсбен? — поспешила успокоить его Эдна. — Мы просто собирались кое-что уточнить.

— Что ж, если это неизбежное зло, — проговорил Эсбен Мерк, — то пойдемте.

Он шагнул вперед, довольно грубо потеснив Ларса плечом, и провел гостей к двери учительского кабинета, ключ от которого нашелся в его жилетном кармане. Отперев комнату, он первым прошел туда, уселся в кресло во главе древнего стола и небрежно указал на стулья: устраивайтесь, мол.

Экий позер, думал Ларс. Человечек начинал его бесить. Вот так посмотришь: для чего люди университеты заканчивают?

— Ну? — не выдержал паузы учитель. — Задавайте ваши вопросы и…

— … уматывайте, — закончил фразу Ларс. Мысленно, разумеется. Эдна искоса бросила взгляд на ленсмана.

Ларс неторопливо сел. Положил ногу на ногу. Снял фуражку и по-хозяйски бросил на стол. Пригладил волосы. Поправил галстук. Сцепил пальцы рук и лишь тогда соизволил обратить внимание на покрасневшего бакалавра словесности.

— Знаете гере Мерк, — самым невинным тоном произнес он, разглядывая задернутые шторы, — здесь довольно душно. Вы так не думаете?

— Нет, — выдавил тот сквозь зубы. — Не думаю. Так что…

— Не бойтесь, мы постараемся не отнимать ваше драгоценное время попусту. Скажите-ка, гере Мерк, что вы думаете о слухах про сокровища Брусничной пустоши? Они правдивы?

Бакалавр словесности вскинул голову. Краска постепенно покидала его щеки, глаза за толстыми стеклами очков сузились.

— А какого рожна я должен думать про всякую чушь? — спросил он.

— Но, Эсбен, вы же сами интересовались этой легендой, — сказала Эдна. — Вспомните: разве не вы расспрашивали стариков? Про курганы? Про блуждающие огни?

Учитель встопорщил усы, словно рассерженный кот.

— Я собирал материалы для исследования по этнографии, — четко проговорил он. — Не понимаю, с чего вы взяли, будто я и в самом деле верю в эти россказни, фру Геллерт.

— У меня сложилось иное мнение…

— Вам показалось, — с нажимом произнес Мерк. — Я не настолько глуп, чтобы в наш век науки доверять фольклору.

— Но на пустошь-то вы забирались, — встрял Ларс. — Для чего?

Рот бакалавра скривился в презрительной усмешке.

— Сразу видно человека, ничего не смыслящего в науке…

Последнее слово звучало с ноткой издевки. Эсбен Мерк снова почувствовал себя хозяином положения.

— Потому что иначе вы бы не задали столь наивного вопроса, — продолжил он. — Ни один уважающий себя исследователь не составит определенного мнения о проблеме лишь на основании теории. Я должен был подкрепить свои выводы практическим осмотром местности.

— И как, подкрепили?

— Вполне. На пустоши нет ничего, кроме камней и травы. Даже брусники нет.

— А как же карта? — заметила Эдна. — Вы же сами упоминали при мне о какой-то карте, на которой обозначена тайная тропка к кладу?

Бакалавр словесности приподнял бесцветные брови.

— Карта?! Какая еще карта? А, вы вспомнили про эту басню?! Ну, что ж, придется прочитать вам маленькую лекцию.

Эсбен Мерк поднялся и, засунув руки в карманы, прошелся от стола к закрытому окну.

— Легенда о сокровище на Брусничной пустоши по всем признакам пережила не одно столетие, — начал он. — Это заметно и в композиции, и в слоге, и в ряде деталей. Я не буду утомлять вас, перечисляя мелочи.