Он несколько раз открывает рот и снова его закрывает, и я вижу, как жилка на его шее бьется от разочарования.

— Не знаю, что на тебя нашло, парень, но...

— Я тоже не знаю, что на меня нашло, — признаюсь я. — Но я знаю одно — мне наконец-то есть, что сказать.

— Что это значит?

Я делаю глубокий вдох.

— Увидишь.

Блэр

— Срань Господня, — шепчу я себе под нос, въезжая на парковку отеля, где я высадила Беккета прошлой ночью.

Повсюду люди с камерами. Большинство из них выглядят как девочки-подростки с мобильными телефонами в руках, иногда встречаются женщины средних лет, но кем бы они ни были, все они явно ждут Беккета, и это дает мне надежду, что, возможно, я еще не опоздала.

Я паркуюсь на той же стоянке, где он поцеловал меня прошлой ночью.

Я стараюсь не думать об этом. Не хочу, чтобы это был последний момент, который я проведу с ним.

Отель, должно быть, нанял охрану, потому что у входных дверей стоит пара крепких на вид мужчин.

Я открываю дверцу машины и выскальзываю наружу. Медленно подхожу ко входу.

Я еще толком не обдумала все. Казалось бы, я не могу просто зайти и спросить о нем у любого служащего... И даже если бы мне каким-то образом удалось зайти так далеко, я уверена, что не была бы первым человеком, который спросил бы о нем по имени сегодня.

Мне действительно не нравится, что у меня есть шансы даже приблизиться к лифту, не говоря уже о номере, в котором он остановился.

Я решаю испробовать технику выглядеть уверенной в себе — как будто я создана для того, чтобы быть здесь — и надеяться на лучшее.

Я буду притворяться, пока не добьюсь своего. Это не поможет мне продвинуться далеко.

— Извините, мисс... — Чья-то твердая рука протягивает руку и преграждает мне путь. Я мило улыбаюсь тому из двух мужчин, который чуть пониже ростом.

— Да?

— Вы остановились здесь?

Я качаю головой.

— Я здесь, чтобы навестить друга.

Двое мужчин смотрят друг на друга.

— На какое имя забронирован номер у Вашего друга?

Я открываю рот, чтобы сказать: «Беккет Торн», но понимаю, что это ни к чему не приведет, кроме как возвращения в машину и отправления дальше по улице.

— Дэниел Беккет, — выпаливаю я, называя его тем же именем, которым Беккет назвал Лил в парикмахерской.

Они с любопытством переглядываются, прежде чем один из них нажимает кнопку на рации, которую держит в руке, и говорит в нее.

— Я думаю, это может быть она.

Мое сердце бешено колотится в груди. Это я? Я не знаю, кто она, но я действительно хочу быть ею. Я бы все отдала, чтобы быть «ей» прямо сейчас.

— Она блондинка? — спрашивает по радио хрипловатый женский голос.

— Да, мэм.

— Ноги длинные? — подсказывает женщина.

Его глаза расширяются от смущения, когда он оглядывает меня с ног до головы.

Я подтягиваю низ своих шорт, которым не помешало бы внезапно стать на пару сантиметров длиннее.

— Я думаю, это точное описание, — смущенно говорит он.

Я краснею.

— Спроси, как ее зовут, — требует голос.

Он смотрит на меня, приподняв брови.

— Блэр — сказала я. Мой голос звучит неуверенно, как будто это вопрос. Я понятия не имею, зачем ему понадобилось мое имя.

— Блэр, — повторяет он.

— Это она. Впусти.

***

Я выбираю тенистое местечко под деревом на моем любимом пляже и сажусь, скрестив ноги.

Я держу белый конверт перед собой, как бомбу, которая может взорваться.

Делаю еще один глубокий вдох и благодарю Бога за то, что на мне темные очки, когда думаю о том, что его больше нет.

Он действительно уехал, и я, вероятно, никогда больше не увижу его лично.

Я знала, что веду себя наивно, но когда я поехала туда, то очень надеялась, что еще не слишком поздно увидеться с ним.

Но, думаю, кое-что из того, что вы читаете в журналах, в конце концов, правда.

Когда я вошла в это фойе, миновав двух здоровенных сторожевых псов, я подумала, что самое трудное уже позади.

Я не была готова к словам, которые произнесла женщина за стойкой с идеально уложенным пучком.

— Мне жаль, Блэр, но мистеру Торну пришлось срочно уехать посреди ночи. Он попросил меня передать это Вам.

Она протягивает мне конверт.

— Как он узнал, что я приду?

Она пожимает плечами.