Я приблизился к ближайшей повозке, разглядывая её. Внешняя обшивка была из толстых досок, покрытых какими-то рунами. Они светились тускло, пульсируя в такт чему-то невидимому. Дверь была открыта, внутри виднелись ступени, ведущие вверх.

— Не трогай, — предупредил Рик, проезжая мимо. — Эти штуки дорогие. Сломаешь, будешь выплачивать до конца жизни.

— Я просто смотрю, — буркнул я, отступая.

Алекс подъехал ближе, тоже глядя на повозку с нескрываемым любопытством.

— Как они вообще работают? — спросил он.

— Руны и этер, — ответил я. — Видишь эти символы на обшивке? Это рунные связки. Они управляют движением, удерживают равновесие, питают механизмы. Всё работает на энергии, заложенной в артефакты внутри.

— Откуда ты это знаешь?

— Читал.

Алекс покачал головой.

— Конечно читал. Ты всегда читаешь.

Мы отъехали в сторону, давая дорогу остальным. Ветераны уже заняли свои позиции вокруг каравана, равномерно распределившись по флангам и арьергарду. Новобранцев распределили по двое, между опытными бойцами. Нас с Алексом поставили справа, в середине колонны, всоре присоединился и капрал Рик.

Рядом с нами пристроился здоровенный мужик с седой бородой, повязанной в несколько косичек. В наших цветах, а значит свой. Он окинул нас оценивающим взглядом, усмехнулся.

— Новички, значит, — пробасил он. — Первый раз в Степь?

— Так точно, — ответил я.

— Ну, держитесь ближе, не отставайте. Если нападут, не паникуйте. Бейте то, что перед вами, и слушайте команды. Всё просто.

— А часто нападают? — спросил Алекс.

Ветеран пожал плечами.

— Как повезёт. Иногда идёшь неделю спокойно, иногда каждый день отбиваешься. Степь непредсказуема. Но у нас хороший лейтенант, так что шансы выжить высокие.

— Обнадёживает, — пробормотал я, понимая, что не знаю военную иерархию вольных городов. Всё заканчивалось на сержанте, он был для нас царь и бог.

Ветеран хохотнул, проверяя оружие и свою сумку.

— А вот и он, лейтенант Алекс Стейни, Бестия! — восхищенно проговорил он, указывая на молодого, лет двадцати высокого и худощавого парня, в форме и доспехах как у нас, только вместо копья у него был меч. Он выехал вперёд, поднял руку.

— Караван, в путь!

Повозки ожили. Я услышал глухой гул, идущий изнутри, словно проснулся огромный зверь. Колёса медленно провернулись, и вся махина тронулась с места. Плавно, без рывков, как будто невесомая. Это было жутко и завораживающе одновременно.

Мы двинулись следом. Лошади шли спокойно, привычно. Видимо, их уже не раз водили в такие походы. За воротами начиналась Степь. Бескрайняя, плоская, покрытая высокой жёлтой травой. Она колыхалась на ветру, создавая иллюзию волн. Безоблачное небо, только добавляло этому иллюзии. Я вздохнул. Воздух свободы. Как же он манил.

— Красиво, — сказал Алекс, глядя вокруг.

— Пока красиво, — ответил я. — Посмотрим, что скажешь через неделю, когда задница онемеет от седла.

Он фыркнул, но промолчал, мы с ним так себе были ездоками.

Мы ехали молча, привыкая к ритму. Караван двигался медленно, но уверенно. Повозки шли друг за другом, оставляя за собой не такие уж и глубокие колеи как я мог бы подумать, да и маршрут удя по тому, как было впереди всё укатано был давно проторен.

Охрана держала строй, не отставая и не забегая вперёд, но общую картину всего мы видеть не могли.

Через час монотонной езды Алекс не выдержал и начал болтать.

— Как думаешь, что мы встретим первым? Зверей или дикарей?

— Без разницы, — ответил я. — Главное, чтобы не встретили нас врасплох. Смотри давай по сторонам.

— Да ладно тебе, расслабься. Мы ж не одни, тут сотня ветеранов. Они знают, что делать. Тем более что я видел, как десять наших всадников ушли в бок.

— Это не повод терять бдительность. — ответил капрал Рик, молчавший до этого и слушавший нашу болтовню.

Алекс закатил глаза.

— Капрал правильно сказал, нужно смотреть в оба, ответил я.

— Ты вечно такой напряжённый. Научись получать удовольствие от момента.

— Получу удовольствие, когда вернусь живым.

Он хотел что-то ответить, но вдруг замолчал, глядя наверх. Я тоже поднял взгляд и увидел открытое окно на втором этаже ближайшей повозки. Оттуда выглядывала фигура в капюшоне. Лица не было видно, но силуэт был явно женским.

— Это опять вы? — раздался голос, удивлённый и одновременно насмешливый.

Я замер. Этот голос. Я его слышал. Та незнакомка, что плыла с нами на барже, когда мы шли из Тёплого Стана. И потом, в караване из Ногайска в Степной Цветок. Та самая таинственная попутчица, которую охранял Карл.

Алекс, видимо, тоже вспомнил, потому что его лицо вытянулось.

— Э-э… Здравствуйте, госпожа, — пробормотал он неуверенно.

Девушка откинула капюшон, и я увидел её лицо. Молодая, лет двадцати, с каштановыми волосами, собранными в косу, и острыми чертами. Глаза были серыми, холодными, но в них плясали искорки любопытства. На этот раз она не скрывалась и явно была рада видеть мимолётных попутчиков, в отличие от меня и Алекса. Мы хорошо помнили ее охранника Карла.