— Молодец, — услышал я голос Леви откуда-то издалека. — Уносите его.

Руки подхватили меня под плечи. Я хотел что-то сказать, но язык не слушался. Сознание гасло, как свеча на ветру. Последнее, что я почувствовал, холодный пол под спиной и тяжесть собственного тела, которое больше не принадлежало мне.

Навык повышен: Базовое управление этером 10.

ВНИМАНИЕ!

Темнота накрыла с головой.

Когда мы одетые вывалились на плац, по сигналу подъёма, нормально стоять могли всего лишь несколько человек, те кто первые прошли и выполнили задание. Ни сержанта, ни капралов не было, поэтому я уселся прямо на плац, потирая лицо. Голова гудела после вчерашней «Душегубки», но не так сильно, как я ожидал. Видимо, организм уже привык к этим издевательствам над этером. Или просто перестал сопротивляться. А последние дни в этом плане были очень жесткими, доходило до того, что нас просто с обеда запирали в этой газовой камере и душили, душили и еще раз душили.

— Какой сейчас день? — пробормотал я, даже не пытаясь встать. Хотелось, используя вечную присказку Алекса просто умереть на месте.

— Как какой? Караван! Мы едем охранять караван! — Алекс сиял, словно ему объявили, что война закончилась и можно домой. В отличие от меня он было очень даже бодр. — Наконец-то увидим настоящую Степь, а не эти казарменные стены.

Я посмотрел на него скептически, почему-то казалось, что как минимум один день у нас будет в запасе. Так, что я тогда пропустил.

— Я не могу, парни… тащите меня пока не умру, а потом похороните героем. — сказал сидящий рядом со мной Талир, парню, как и мне было очень дурно, словно после бесконечной попойки.

— Становись! — раздался голос серданта Леви и вскоре он в кампании наших капралов показался перед нами. — Ну что, заготовки, настало время для настоящего дела, да!

— Да, — вяло ответили несколько голосов.

— Не слышу вас!

— Да, сержант!

— Всё равно хреново. — Леви, вытащил флягу из-за спины. — Снова вас отпаивать, вы чего такие слабые. В очередь давай.

Я встал, потянулся. Вокруг казарма уже оживала и суетилась, мы знали, что сегодня выходят четыре группы, мы — новички сержанта Леви две по опытнее, и годовалые ветераны сержанта Итана, которого мы в глаза не видели. Говорили, что они только пришли на отдых и снова уходят, на этот раз с нами.

Глоток из заветной фляги прояснил ум, вернул ясность и силу, и я наконец-то мог начать соображать.

— Сегодня без разминки. Собираете вещи. Вторую форму. Обувь не брать, сейчас наши мастера принесут всё необходимое, будем экипироваться. Караван выходит через четыре часа, и мы должны ждать его уже готовые к маршруту. С собой лишнего не брать.

Атмосфера была какой-то предвкушающей, словно мы все ждали чего-то важного. И это было приятно, после четырех недель бесконечной муштры хотелось хоть какого-то разнообразия.

Мы вернулись в казармы, и я умылся холодной водой, проверил запасную форму. Она стала сидеть лучше, тело изменилось за эти недели, стало более подтянутым, поджарым.

— Ты готов? — спросил Алекс, подходя сзади.

— Всегда готов, — усмехнулся я. — Ты-то как? Не передумал ещё?

— С чего бы? Наконец-то мы выберемся из этой дыры и увидим мир. Степь, караваны, приключения! Разве не об этом мы мечтали?

Я промолчал. Мечтали. Только я мечтал о том, чтобы просто выжить и стать сильнее, а не о романтических приключениях. Но спорить не стал. Алекс всегда был таким, оптимистичным и безрассудным. Иногда я завидовал этому.

Завтрак прошёл быстро. Каша, хлеб, кусок сала. Ел молча, слушая, как вокруг обсуждали предстоящий поход. Кто-то говорил, что караваны редко подвергаются нападениям, кто-то утверждал обратное. Марк делился байкой, которую слышал от одного ветерана, про стаю степных шакалов, разорвавших целый отряд.

— Заткнись, Марк, — буркнул Дарн. — Твои байки никому не нужны. Нервы трепать только умеешь.

— Я просто готовлю вас к реальности, — обиделся тот.

— Готовь себя, — отмахнулся Дарн и вернулся к еде. — А рельность мы сами увидим. Нас целая сотня, кто решится атаковать такую толпу?

После завтрака нас построили на плацу. Сержант Леви стоял впереди, рядом с ним капралы Рик и Торн. За их спинами виднелись несколько ветеранов в потёртой форме, с оружием на поясах и равнодушными приклеенными масками на мордах, одинаковых до тошноты.