— Испытание пройдено. Она внутри. Сейчас немного в себя придёт: от радости ноги подкосились у девочки…

Мы вошли. Маша сидела на лавочке у стены зала, бледная, но с горящими глазами.

Я подошёл и обнял её:

— Поздравляю.

Она улыбнулась впервые за долгое время:

— Спасибо. Это было… непросто. Я долго не могла понять ответ на главный вопрос.

— Но ты справилась. Нашла его?

Вместо ответа она меня поцеловала. Легко и незаметно, в щёку, чтобы не злить церковников.

Остальные окружили её и начали поздравлять, хлопая по плечу. Даже Брячедум буркнул что-то одобрительное. А вскоре нас, шумных, погнали прочь, ведь скоро начнётся служба. И с ними была согласна даже Алиса. Службу пропускать нельзя! Особенно когда тебе в божественный карман перепадёт половина энергии.

Мы вышли из храма. День траура продолжался, но внутри нашего круга царила радость.

После обеда я направился в резиденцию Архонта, тогда как остальные занялись своими делами. Вася собирался в лес, Мэд проводил групповые тренировки прямо на площади, приглашая всех желающих. А про остальных точно не знаю. Но явно занимаются чем-то интересным для себя.

Телемах ждал меня в кабинете. Он сидел за массивным столом и перебирал бумаги. Увидев меня, он кивнул и указал на кресло.

— Садись, мой добрый друг и спаситель. Вот уж не думал, когда впервые тебя увидел, что столько раз буду вынужден тебе кланяться.

Я сел. Телемах налил два кубка вина и придвинул один ко мне.

— Выпьем за победу.

Мы чокнулись, выпили. Не очень вкусно после эльфийских лёгких вин… Есть в местном какая-то человеческая горечь и терпкость. Показывает нашу непростую судьбу и дорогу, по которой мы идём.

Телемах откинулся на спинку кресла, изучая меня взглядом.

— Для начала, — произнёс я, — у меня есть кое-что, что я пообещал вам передать от эльфов.

— Именно мне? — удивился он.

— Тому из правителей, кого я лично сочту достойным, — ответил я и вытащил из кольца письмо на странной бумаге.

Он раскрыл его и вытащил абсолютно белый лист бумаги.

— Это… пустой лист? — недоумённо спросил он.

— Не совсем. Наверное, надо магию влить, чистую ману.

Телемах коснулся пергамента пальцем. В тот же миг поверхность вспыхнула магическим светом. Руны проступили на бумаге, светящиеся голубым и золотым, переплетающиеся в сложные узоры. А затем Архонт откинулся, словно оказываясь под воздействием заклинания. Когда он очнулся, оказалось, что так оно и было.

— Послание от эльфов. Официальное. От временного совета королевства Натимбор.

Он начал рассказывать содержимое, которое благодаря магии даже переводить не нужно было. В нём говорилось о признательности за помощь в устранении угрозы. О готовности обсудить условия мира между великим эльфийским народом и малой цивилизацией людей, а также торговые отношения. Ну и пара слов о том, что человек по имени Алекс Лисоглядов признаётся другом эльфийского народа. И в конце шло предложение о встрече и переговорах в человеческом прибрежном городе, после коронации нового короля.

Телемах убрал руку, и руны погасли. Пергамент снова стал чистым.

— А что за город-то?

— Ну, эльфы наверняка знают только о Лиссабоне. В который я приплыл…

— И что это за город? Никогда там не был. Приличный?

— Дыра с вечно пьяными моряками, грязными улицами и отвратительным ромом в таверне.

— Ой-ой… Надо с этим что-то делать. Нельзя ударить в грязь лицом!

— Тем более лицом эльфа, — согласился я.

— Спасибо. Сообщу в совет. Но вообще… Ты это письмо забери и потом нашему другу передай.

— Архонту Болдуру? Почему ему, я так и не понял… — вернулся я к вчерашнему разговору.

— Потому что если в нашем Домене и есть человек, который может объединить всех Архонтов под своим началом, то это он. Но он упрямый, не хочет.

— А он и впрямь достоин?

— Мы до сих пор не под пятой орков исключительно благодаря ему. Да. Он сильный лидер и военачальник. Да и в совете Архонтов его слово значит больше, чем любого другого. Пусть это и не принято говорить, но, если он против чего-то, остальные стараются ему не перечить. Так что письмо нужно передать ему. Он единственный, кто сможет правильно использовать этот шанс.

Я кивнул, забирая пергамент и пряча его в карман.

— Хорошо. Передам.

Телемах помолчал, затем стал серьёзным:

— Теперь о другом… О твоём отце.

Я напрягся.

Телемах открыл ящик стола, достал небольшой деревянный ларец. Открыл. Внутри лежали огромные папки с бумагами, портреты людей, записи, на которых красовалась большая красная надпись «Секретно».

— Твой отец, Архонт Ковалёв, попал в плен к оркам. Ты это уже знаешь, верно? — начал Телемах, и я кивнул в ответ. — А теперь он служит царю орков. И предлагает людям мир, очень похожий на тот, что предлагали наши нынешние сюзерены. Но есть и одно отличие… От нас требуют вступить в войну, собрать армию и помочь уничтожить бывших вассалов. Доказать, что мы чего-то стоим, и стать одними из многих вассалов Дира Завоевателя, что вознамерился объединить всех орков под своим началом.