— СЕЙЧАС! — взревел Архонт.

И я был с ним согласен, активируя магию.

Десятки заклинаний обрушились на голема разом. Потоки воды били со всех сторон, превращая землю в грязь. Пар взметнулся столбом, застилая всё вокруг. Земля вздымалась, формируя каменные цепи, опутывающие руки монстра.

Голем взревел, пытаясь вырваться. Огонь слабел, гас, вспыхивал вновь, но уже не так ярко. Вода заливала его, камни сковывали, ветер давил.

— Ещё! Не останавливайтесь! — орал Архонт.

Маги выкладывались по полной. Кто-то упал на колени, истощив ману. Другие продолжали, черпая силы из последних резервов. Я же методично обновлял «Ледяную тюрьму» на одной ноге, в то время как вторая постепенно оказывалась всё больше погружённой в песчаную насыпь. Я кивнул Имирэну, мол, отлично сработал.

Пламя на теле голема потускнело. Нога перестала сбивать лёд, и я «Морозной рекой» прошёлся по туловищу гиганта. Дым ушёл в небеса, и обугленная основа стала видна почти полностью. Монстр практически перестал двигаться и сопротивляться.

Где-то вдалеке начался пожар, и крики людей и стражи донеслись до меня через шум битвы.

«Голова! Он поджог дом и пытается восстановиться!» — подсказала Алиса.

— Понял! — И я рванул в нужную сторону, вливая в себя остатки зелья маны. — «Ледяная тюрьма»!

Моё самое мощное заклинание. Холод хлынул из меня волной, окутывая голову через проём в стене, появившийся после столкновения горящего колобка со зданием.

Огонь шипел, пытаясь растопить лёд. Но я вкладывал всё, что у меня было. Мана утекала с ужасающей скоростью, зато лёд держался.

Рядом появился Имирэн и накормил открытый от ярости рот монстра песком. Ещё пару секунд спустя всё кончилось.

Я устало присел на мостовую. Мана на нуле. Голова закружилась от таких резких выбросов энергии. И руки, через которые наружу выходил холод, дрожали.

[Внимание! Угроза уничтожена! Поздравляем защитников города!]

Казалось, прошло всего мгновение, и улицы наводнили стража, маги, Архонты… Кто-то на всякий случай сделал контрольный магический выстрел в голову, покрытую льдом и песком.

Мне протянул руку знакомый мужик.

— Вставай, Лисоглядов. Ты, как обычно, очень кстати оказался в наших краях…

— Миравид, почему каждый раз, когда я рассчитываю на гостеприимство и отдых, я вынужден рвать задницу, а?

— Знаешь, хорошо, что не свою. А почему всё это происходит… Будь у меня ответы на эти вопросы, я бы уже обрёл власть над миром, — ухмыльнулся он. — Ты пришёл вовремя, парень. Очень вовремя. Спасибо за помощь. Отдыхай, но из города пока не уходи… Поболтаем, ладно?

— Куда я уйду? Город нужно помочь восстановить, пожары потушить, завалы разобрать… Варгов привести, чтобы они людей под завалами искали. Ох, и любите вы, Архонты, честных авантюристов напрячь…

— Ну вот тебе и ответ на твой вопрос! Сам вызвался в авантюристы влезать, так что не жалуйся. А я пойду. Нужно убедиться, что угроз нет. И пожары продолжить тушить. А про эльфа потом расскажешь.

Он развернулся и направился к другим защитникам города, что смотрели на меня и моих спутников со странным выражением лица. Их души сейчас явно в смятении от всего произошедшего. Так что это нормально.

— Мне кажется или он обо мне говорил? — тихо произнёс Имрэн.

— Он понял, кто ты, несмотря на маскировку. Так что… у него появились вопросы. Это один из правителей города. Весьма опасный, но умный и влиятельный человек. Мы с ним в хороших отношениях. Можно сказать, партнёры.

Имирэн кивнул, не стал расспрашивать больше. Он вообще старался делать вид, что его ничего не интересует.

— Пойдёмте, друзья мои. Кабаны сделали основную работу, но долг и честь требуют продолжать, а не отдыхать. Замахан всё ещё под угрозой пожара.

Следующие несколько часов были адом.

Мы разбирали завалы. Вытаскивали тела из-под обломков. Раненых несли к лекарям. Мёртвых складывали в стороне и накрывали тканью.

Пожары тушили всем городом. Вёдрами, магией, песком и даже одеялами. Постепенно пламя отступало.

Стража оцепила разрушенные районы, не пуская мародёров. Нескольких человек даже повесили у всех на глазах, когда они попытались вытащить из домов покойников золото и прочие богатства. Без суда, без разговоров. В чрезвычайных ситуациях закон суров.