Шрифт:
– Так это она? Та, кто предал нас?
– Седрик тяжело дышал, борясь с воздействием Огня Безумия.
– Предательство – понятие неуловимое. Человек, который рассказал о вашем заговоре, совсем не хотел, чтобы вам было плохо, он просил меня образумить вас. Наставить на путь истинный, — регент замер перед Олесией и поинтересовался.
– Почему король? Так захотелось власти? Признания? Или он хорош в постели?
– Убери от нее руки, — зарычал Ариан, видя, как магистр притянул Олесию к себе за талию.
– А то что? Убьешь меня? Вздёрнешь на дыбе? Скормишь демонам? – хохотнул регент и мерзко добавил.
– Хочу посмотреть, на что позарился Его Величество.
Олесия дергалась в руках магистра, но с оковами на руках и ногах было трудно вырваться. Ариан выл от бессилия и начал рвать свои оковы, что новой волной боли прошлось по нашим телам. Видя слезы Олесии, беспомощность Ариана, я рвался вместе с ними и взмолился о силе, что будет способна сорвать оковы и убить магистра.
– Так ты хочешь Силы? – тихо спросила меня за спиной Литэя.
Не думая, откуда она там, я зарычал:
– Да! Да! Мне нужна Сила!
И сила пришла, разлилась по телу жаркой волной. Расплавила оковы и дала свободу, о которой я мечтал.
Глава 4
Леон Де Калиар
Треск платья Олесии прозвучал одновременно с лязгом цепей, что, сорвавшись с моих рук и ног, ударились о стены. Сила мощным потоком наполнила тело и, без особого напряжения сорвавшись с пальцев, разнесла магические оковы короля. Регент оглянулся назад и, заметив нашу свободу, рванул прочь, но я обрушил металлическую решётку, запечатывая этого человека вместе с нами.
Ариан рванул к своей любимой, а я, не упуская магистра из вида, пустил огненные лезвия, что без проблем освободили остальных. Стянув с себя кафтан, король надел его на плечи Олесии, прикрывая порванное платье, и развернулся к регенту, что безумно дергал решётку и звал на помощь.
– Куда же вы, магистр, наша беседа только началась.
Имея возможность вновь управлять своей магией, он ухватил регента за шею и втащил в круг между нами. Этот человек угрожал нашим родителям, пытал каждого из нас, предал старого короля, и сейчас получив свободу, ярость и ненависть вырывались из наших сердец, сводили с ума, толкая на безумные поступки.
Наш круг сузился. Мила и Олесия остались рядом с Мираном, тому после освобождения стало совсем худо, и это только добавило ярости. Мысли выбраться от сюда не возникало ведь тот, кого каждый из нас мечтал убить, был уже в наших руках. Хватая за грудки, мы пихали магистра друг другу и гадали, какой смертью он погибнет, стража за решеткой быстро разбежалась, стоило мне послать к ним огненных псов, а наша игра продолжалась.
– Повесить?
– Голову с плеч?
– Четвертовать?
– Кастрировать?
– Жестоко, но мне нравится.
– Распять и кастрировать.
– Окунуть в Огонь Безумия, хочу посмотреть, что за хорошее воспоминание у него есть.
– Дай угадаю, как он убивает короля и подделывает его завещание?
– Да, Регент, мы тоже многое узнали, но идея с Огнем мне нравится. Можно будет на совете признать вас недееспособным и доказать, что король уже может взойти на свой престол. Как тебе Ариан? Нравится такая идея?
– Нравится.
– Вот что значит наше дурное влияние на короля, кажется, так вы оправдали наш приговор? – Седрик пихнул регента ко рву, тот упал на колени, пытаясь избежать падения в Огонь, но мы собирались в стаю, чтобы добить врага, и магистр Элебаут завизжал от ужаса.
Ниллардец возник рядом с ним внезапно, его лицо дрогнуло, увидев нас свободными. Схватив регента за шиворот, он ускользнул от нас, поставив перед своим порталом печать призыва демона. И не успели мы ее разбить, как явился тот, кого позвали.
– Защищайте короля!
– рявкнул я, вставая перед демоном.
Мы были измотаны жаждой, голодом и Огнём, безоружны, закрыты в камере, а демон явно только что пришел с Алых Пустошей. На его теле полыхал огонь, и, решив, что мы легкая добыча, дико взревел, сотрясая стены.
Риг и Рог встали с двух сторон от меня, Седрик схватил Ариана и поволок к Олесии, понимая, что только она сможет уговорить короля не лезть на рожон. До меня долетели слова молитвы великим мученикам, что яркими искрами стали наполнять камеру, готовясь обрушить свою силу на демона.
«Сила, — подумалось мне, — мне нужна сила, что сокрушит демонов!»
И снова меня окутало теплом, словно Литэя была рядом и обнимала меня.
– Бери, — прошептала она, — большего дать не смогу.
Рука, почувствовав холод портального кармана, сжалась вокруг рукояти меча, и я потянул его на себя. Длинный клинок в ножнах, украшенных старинными письменами загудел в моей ладони боевым накалом. Более детально разглядывать оружие времени не было, завидя меч, демон бросился на нас. Все, что я успел за несколько секунд, скинув ножны, наполнить магией лезвие и ударить по монстру.