Зашипев что-то недовольно себе под нос, Давид смирился-таки с неизбежным и, влившись в толпу быстро улепетывающих игроков, тоже зашагал в сторону нашего лагеря по усеянной развороченными доспехами улице.

Минут через пять невольно затянувшегося ожидания замыкающий растянувшегося по прямой дороге почти полутысячного отряда скрылся-таки за поворотом крайнего дома, и на опустевшей улице воцарилась зловещая звенящая тишина.

— Итак?.. — я первым решился нарушить её.

— Как я уже упоминала, чел, я здесь по поручению грозного Фурло Буууха, — живо откликнулась тут же буренка. — Мой великодушный хозяин решил простить тебе, дикая обезьяна, неподобающее поведение с представителями высшей расы…

— Слышь, рогатая, ты палку-то не перегибай! — оскорбился я. — А то, ведь, не посмотрю, что парламентер. Хвост задеру и так по жопе настегаю, что месяц потом сидеть не сможешь.

Повинуясь жесту хозяйки, каменные громилы за ее спиной синхронно вскинули секиры и шагнули на меня.

— Вон ничему, гляжу, тебя жизнь не учит, — хмыкнул я насмешливо, игноря демонстративную угрозу. — Добиваешься, чтоб снова артефактные кольца у тебя забрал?

— Тццц… — раздраженно зашипела рогатая красотка. — Вот чего ты дикий-то такой, а, чел? Меня так-то не сориться снова, а мириться с тобой послали. — Для пущей убедительности она махнула перед моим лицом белым платком по-прежнему зажатым в левой руке.

Повинуясь незаметному жесту окольцованных пальцев ее правой руки, каменные минотавры с опущенными секирами дружно отшагнули обратно за спину хозяйки.

— А чего ж сам грозный Фурло Бууух не сподобился? — не удержался я от очередной подколки.

— Да вот как раз поэтому, блин, — фыркнула буренка, качнув платком в мою сторону. — Прозорливый хозяин, как в воду глядел, предположив, что ты своими ужимками обезьяньими сходу бесить его начнешь. Потому, опасаясь не сдержаться и снова тебя покалечить, лишь меня одну на переговоры с тобой послал. Как наиболее сдержанную буренку, и имевшую уже опыт мирного общения с тобой.

— Так-то это еще вопрос: кто кого покалечил бы на сей раз, — набычился я.

— Не льсти себе, чел, — насмешливо хмыкнула буренка.

— Да в тот раз бычаре твоему чисто повезло!

— Ну вот, опять на равном месте нарываешься, — закатила глаза рогатая красотка.

— Потому что нефиг провоцировать, — буркнул я возмущенно.

— Короче, чел, дай уже мне договорить до конца и озвучить, наконец, предложение хозяина, — потребовала буренка. — А то так мы с тобой бесконечно будем тут переругиваться.

— Да пожалуйста, — фыркнул я.

— В общем, грозный Фурло Бууух не держит на тебя, Денис Савельев, больше зла, — снова высокопарно начала затирать мне буренка. — Как видишь, родовые артефактные кольца вернулись обратно к хозяину. И к тебе, соответственно, претензий больше Фурло Бууух не имеет. Еще мой хозяин искренне поздравляет тебя с достижением достойного системного титула вольного барона. И в свете вышесказанного, предлагает тебе, как равному системным титулом игроку, заключить между нашими соседствующими баронствами мирное соглашение: о ненападении на территорию и подданных друг друга. Ну и, разумеется, дабы совместными усилиями было сподручней одолеть нашего общего врага: некрополис, с его ордами нежити.

— Заманчивое предложение, — кивнул я, когда замолчавшая буренка вопросительно уставилась на меня. — И неожиданное…

— Ну и?.. — раздраженно стеганула хвостом по асфальту Вави Гууу, когда взятая мною пауза на раздумье чересчур затянулась. — Согласен?.. Нет?..

— Чую: не с проста все это вы, рогатые, затеяли, — покачал я головой. — Но очевидного подвоха, вроде, не вижу.

— Да нет там никакого подвоха, блин! — возмутилась буренка. — Я, как законный представитель барона Фурло Бууух, скреплю системной клятвой союзный договор с нашей стороны. Ты то же самое проделаешь со своей стороны. И порукой заключенному меж нашими баронствами союзу станет сама система.

— Ну, ежели так, то я, пожалуй, соглашусь, — перестав дурачиться, ответил предельно серьезно.

Далее, дословно повторяя нехитрый текст клятвы за буренкой, я официально признал соседнее баронство минотавров своим стратегическим партнером и союзником в войне с нежитью, и получил по завершении клятвы перед внутренним взором официальное системное уведомление о заключенном меж нашими баронствами союзе.

— А это тебе, чел, дружеский подгон от хозяина. Авансом. Так сказать: в знак укрепления наших добрососедских взаимоотношений, — пафосно объявила буренка и жестом фокусника преобразила белоснежный платок парламентера в крошечный кусочек до дрожи знакомого полосатого металла.

— Откуда это у тебя? — не смог я скрыть своего волнения, потянувшись чуть подрагивающей от нетерпения рукой за последним, не достающим для сбора системного ребуса, фрагментом.

— Обезьян твой, что кирпичами ловко швыряется, от трепки заслуженной им откупился, — охотно стала делиться инфой Вави Гууу, не спеша передавать обещанный фрагмент, и явно наслаждаясь видом моей протянутой руки. — Когда в оборот к сеструхе моей попал, нагоняем от хозяина рассерженной. В общем, у них там свои терки с челом приключились. Сеструха специально его долго на улицах выслеживала и сцапала, в итоге, как хотела. Ну и перепугавшийся до полусмерти чел, моля о пощаде, заверил сестру, что такие полосатые осколки для тебя почему-то пипец как важны. И ты их даже охотно за системную живу у своих же обезьян скупаешь. Теперь, вон, и сама вижу, что не обманул сеструху ссыкло и сдал ей реально важную для тебя вещицу. Все ж таки жалкие вы существа — обезьяны.