— Тебя так долго не было, — тихо сказал он мне через плечо. — Мы боялись, что ты не вернешься.

Я отстранилась, чтобы посмотреть на него.

— Для меня это был всего лишь еще один день в Волшебной стране.

— Мы здесь уже три недели. Живокость собрал свою армию из убежища. Они атакуют сообщества сверхъестественных тюрем по всей Европе. После того, как он взламывает их систему безопасности, его армия уничтожает обитателей, а Живокость убивает их совет. Затем он захватывает их Книгу наставлений, которая позволяет ему контролировать город, его магию и всех жителей, которые не были убиты в битве. Он заставляет всех выживших присягнуть ему на верность на древнем языке, так же, как при избрании лидеров совета. Если они этого не сделают, он отрубает им головы.

— Срань господня, — выдохнула я. — Сколько же городов он разгромил? У него, должно быть, теперь огромная армия. Так вот почему здесь никого нет? Ты отправил их в мир людей, не так ли?

Джонатан кивнул.

— Да, мы получили известие, что следующим он двинется на Стратфорд. Он захватил, по крайней мере, пять европейских городов, о которых мы знаем, набирая обороты. Сейчас у него, должно быть, много тысяч человек, и было много смертей. Это чертов хаос.

Я ожидала хаоса, и все же… Я потерла лицо, пытаясь контролировать свои эмоции и мысли. Это было так странно. За то короткое время, что я провела с Живчиком, он был вежливым и культурным, иногда даже заботливым, совсем не похожим на кровожадного сумасшедшего тирана. Если бы не прогулка Розы по закоулкам памяти, я бы забыла, как сильно его боялись, какую резню он устроил, когда в последний раз пытался захватить власть над пятью расами. Я не сомневалась, что он хотел убедиться, что работает на полную мощность, прежде чем встретиться лицом к лицу со мной и Компассами. Он знал, что мы впятером будем вместе, и он хотел моего волшебного ребенка-дракона. Еще один способ добиться своей цели — править всеми пятью расами супов.

— Если он контролирует все копии Книги наставлений, а также все города и их жителей, это означает, что он также будет получать энергию от них, верно? Он станет намного сильнее, чем когда мы видели его в последний раз.

Я знала, что Четверняшки и все остальные, кто был в комнате, слушали меня, но я была так сосредоточена на Джонатане, что даже понятия не имела, кто еще здесь был. За исключением Миши. Я чувствовала ее довольно сильно, хотя и странно приглушенно, будто она была в соседней комнате, а между нами были стены или что-то в этом роде.

Джонатан ответил быстро, черты его лица напряглись.

— Да, все лидеры совета и альфы получают часть силы от своих людей. Теперь Живокость будет пожинать плоды энергии всех тех, кого он принудил стать его рабами. Не так сильно, как те, кто добровольно присягает на верность, но достаточно, чтобы сделать его грозным.

На этот раз мы не могли рассчитывать на то, что Брекстон одолеет его. Живчик вернулся к своей полной силе, и все его последователи были за ним. Я обернулась и увидела Луи в толпе. Колдун беседовал с кем-то из пользователей магии. Я слышала, как они обсуждали стратегию и запасные планы.

— Луи! — крикнула я, не обращая внимания на то, что перебиваю его. — Помнишь, что тебе нужно было сделать?

На меня смотрело множество лиц, но мне было наплевать. Он кивнул, затем повернулся и направился прямо к входной двери. Я не сомневалась, что он позаботится о мистиках. Мы должны были убедиться, что часть энергии Живчика была заблокирована, прежде чем он доберется сюда.

Когда я повернулась к Джонатану, Лиенда стояла прямо за его спиной. Я едва вздрогнула, когда она заключила меня в объятия. Я не знала свою мать большую часть своей жизни, но она снова и снова доказывала, что достойна быть членом моей стаи. Она жертвовала собой и боролась за своих детей, и теперь, возможно, вынашивая моего собственного ребенка, я поняла, почему она должна была сделать то, что сделала.

Я гадала, как отреагируют мои родители, когда узнают все, что мы узнали от золотого дракона. Я повернулась и увидела, что Брекстон смотрит на меня, и, как будто он знал, о чем я подумала, его взгляд опустился на мой живот, прежде чем снова подняться к моему лицу. Он одарил меня нежной улыбкой, над которой, я уверена, он пытался поработать — нежностью. На самом деле это было не в его характере, но и не казалось таким уж странным. Мне отчасти нравилась эта его сторона, потому что все это было для меня.

Лиенда наконец отпустила меня, хотя продолжала гладить рукой по моим волосам, по-видимому, пытаясь убедить себя, что я действительно дома и со мной все в порядке.

— Где Миша? — спросила я, оглядывая комнату.

Среди многочисленных жителей Стратфорда я заметила лидеров совета: Торага из племени Восточных троллей; Джулианну Медоу, шестифутовую сногсшибательную рыжеволосую вампиршу; и Галиани из Зеленых Земель, представителя фейри. Кристофф все еще числился пропавшим без вести, что было для него удачей, потому что он был ходячим мертвецом, когда я, наконец, разберусь с Живчиком, и у меня появится время выследить его скользкую задницу колдуна.

Там были родители Четверняшек, с ними были мальчики. Я не могла сдержать искренней радости, которую испытала, увидев Джо и Джека Компассов. Они были для меня как вторая семья.

Мне никто не ответил, поэтому я спросила снова, на этот раз более настойчиво.

— Где Миша?

Джонатан сделал глубокий вдох.

— Я покажу тебе. Нам пришлось на некоторое время запереть ее и Нэша.

Дерьмо. Я последовала за отцом, когда он прошел вдоль ряда и мимо главного возвышения, где члены совета проводили городские собрания. Он отвел меня в дальний конец огромного зала, остановившись перед двойными дверями. Я никогда не была в этой комнате, но видела, как оттуда выходили члены совета и старейшины. Всегда думала, что это что-то вроде «столовой лидеров». Внутри они сидели и жаловались на нас, пили кофе и ели печенье.