— А ещё она хочет за тебя замуж, — как бы между прочим вставила Лили, сияя хитрющей улыбкой.

Остальные за столом тихо прыснули со смеху, а я издал какой-то сдавленный звук, похожий на хрип.

— Что? — недоверчиво переспросил я. — Она и словом не обмолвилась. И вообще она постоянно твердит о слабости людей, для неё это, очевидно, пунктик.

— Кору ничего не сказала только потому, что у орков самец должен проявлять интерес и делать первый шаг, — терпеливо объяснила моя жена, лукаво сжимая мой бицепс. — Она, может, и считает большинство людей слабаками, но точно не думает, что ты слабак.

Такое откровение стало… настоящим открытием, в голове что-то щёлкнуло. Я-то думал, она просто суровая воительница, а тут, оказывается, такие страсти кипят! Хм, пожалуй, придётся изучить эту возможность повнимательнее, когда мы останемся с прекрасной орчанкой наедине.

Праздник продолжился. Мы расселись за столом, разливая по бокалам дорогое вино и бренди. Еда оказалась изысканной, но я сразу понял, это дворцовая кухня, а не личный повар короля, уровень явно не тот. Но жаловаться было бы верхом идиотизма, так что я просто наслаждался моментом.

Мой взгляд зацепился за Владиса. Он сидел, пытаясь острить, но я видел, как ему хреново. Манжет рубахи стягивала верёвка, чтобы скрыть культю. Я подошёл к нему и кивнул на обрубок.

— Есть новости?

Танк горько рассмеялся.

— А то! Новости огонь! Оказывается, регенерация конечностей — это навык для целителей шестидесятого уровня и выше. И, чтоб ты знал, все крутые целители из Харальдара свалили на север с какой-то шайкой Героев-идиотов.

— Прямо-таки все? — недоверчиво спросила Лили.

— Ну, их вообще-то не так уж и много, шестидесятого-то уровня, — ответила Стеллария, явно расстроенная не меньше своего возлюбленного.

— Так что придётся подождать, пока сами не докачаемся, — с напускным весельем бодрился Владис. — А пока присобачу себе на культю какую-нибудь набалдашник, чтобы щит пристегнуть, — его улыбка дрогнула. — Или крюк, чтоб задницу чесать.

Я положил руку ему на плечо.

— Мы продолжим искать, может, найдётся целитель, редкое зелье или мазь. А пока у меня есть одна идея насчёт протеза, только вот поговорю с толковыми мастерами…

Танк нахмурился.

— Какого, к дьяволу, протеза?!

— Искусственной руки, такой, которой ты сможешь даже хватать и удерживать предметы с помощью храпового механизма в пальцах.

Все уставились на меня, словно я вдруг заговорил на абракадабрском языке.

— Это что, он сможет предметы сам держать? — с сомнением протянула Стеллария.

Я не сдержал смешка.

— Храповик — это механизм с фиксацией, который позволяет двигаться только в одну сторону, вроде трещотки в наборе инструментов. Можно сделать так, чтобы пальцы сгибались, пока не схватят предмет, а потом специальным рычажком расцеплять механизм, чтобы разжать их.

— Оружие держать смогу? — в голосе Владиса, несмотря на мрачное настроение, прорезался живой интерес.

Я задумался.

— Щит вполне, но меч… вряд ли выдержит сильный удар, его придётся фиксировать намертво. Но для каких-то бытовых, небоевых задач будет в самый раз.

— Всё лучше, чем ничего, пока не апнемся до шестидесятого, — Владис поднял культю, словно хотел по привычке похлопать меня по спине. Помедлив, он положил обрубок мне на плечо. — Спасибо, — тихо, сдавленным от эмоций голосом, сказал он.

Было чертовски непривычно видеть этого здоровяка таким растроганным. Думаю, он и сам выдохнул с облегчением, когда всеобщее внимание внезапно переключилось на вскрик Карины.

Мы обеспокоенно обернулись. Карина, наша целительница, с громким всхлипом вцепилась в Хорвальда, уткнувшись лицом в его длиннющую бороду. Её плечи сотрясались от рыданий.

Лили, Стелария и Ванесса тут же подскочили к ней.

— Ты в порядке? — спросила моя жена, гладя её по спине. — Что-то случилось?

Всё ещё не выпуская Хорвальда из объятий, Карина повернулась к нам. Сквозь слёзы на её лице просияла такая лучезарная улыбка, что у меня на миг перехватило дыхание.

— Ничего страшного, — выдохнула она. — На самом деле… всё очень, очень правильно! — эмоции снова захлестнули её, и она не смогла продолжать.

Старый герцог по-отечески приобнял её.

— Её бездельник-муж попал в опалу вместе с остальными лакеями герцога Сигурдиана за то, что покинул Бастион во время войны, — пророкотал Хорвальд. — Я поднял этот вопрос перед герцогом Гиласом, королевским администратором на Севере, и он согласился, что этот человек — неподходящий муж и опекун. Брак будет расторгнут, дети передаются на попечение матери, а отцу предоставляется лишь условное право их навещать.