Шрифт:
— А в чем? — резко оттолкнув его руки, с недовольным видом она вновь взялась за несчастную пуговицу.
— Я тебя не знаю!
— И что? — пуговица поддалась, ликайка дернула за штанины, стаскивая с него одежду. — Ты думаешь, лошадь хорошо знакома с каждым своим жеребцом? А корова с каждым быком? Или, может, у твоего народа спаривание возможно только с единожды выбранной особью?
— Нет.
— Ну, во-о-от, — довольно кивнула она, берясь за пояс его белых, похожих на бабушкины панталоны трусов и пытаясь стянуть их тоже.
— Я сказал... — чуть ли не по слогам проговорил он. — НЕТ!
Брендон отшатнулся в сторону от ликайки. Я от неожиданности тоже вздрогнула. Паутина упала прямо на мою свечу! Огонь выспыхнул чуть ли не до самого потолка, практически окружая меня! Я от ужаса ломанулась прямо в комнату! И кубарем вывалилась на середину помещения в ноги ликайке и красавчику...
14 глава. План
Точно сказать, какие именно чувства преобладали в тот момент в моей душе, я не могла.
Странная робость перед кажущимися мне опасными и необычными, а значит, и этим тоже пугающими, ликаями заставляла испытывать страх. Но в силу неверия в реальность происходящего, мой страх был скорее обоснован возможностью унижения — ликаи вполне могли, как и Брендон вчера, усадить меня в какую-нибудь темницу. О том, что я могу потерять жизнь, я не задумывалась.
А вот стыд!!! Стыд меня обуревал знатно!
Подняв взгляд на ликайку, я практически по слогам прочитала в ее глазах: "Со-пер-ни-ца! Пришла подглядывать за мужиком, который ей нравится!"
На красавчика я смотреть не стала. При мысли об этом стыд разгорелся с удвоенной силой.
Вместо обличительных слов, ликайка подошла к распахнувшейся двери и стала заглядывать в проход между стенами. А потом, обернувшись на нас, сказала:
— Сидеть здесь и никуда не выходить.
И скрылась внутри.
— "Не выходить", — повторил за ней Брендон. — Выйди попробуй, если дверь заперта, а ключ у неё!
Поднявшись с пола, я отряхнула свои штаны и направилась к выходу. Подергала за ручку. Дверь, действительно, была заперта.
— Хм... — издевательски хмыкнул за моей спиной красавчик. — Ну, ты и недотёпа!
— Чего? — от обиды я повернулась в его сторону так резко, что в глазах потемнело. — Чего это я недотёпа? Я, между прочим, спасла тебя, глупого!
— Отчего спасла? — усмехнулся он, прищурившись. — Может, я сам этого хотел?
— Ах, так! — если до этого я испытывала стыд, то теперь это был просто ужас ужасный, стыдоба стодобушная! Он, может, радовался, что удалось уединиться с красивой, пусть и мерзкой женщиной, а я всё испортила! Ну, вообще-то, я не специально! И спасать его не собиралась! Ага... Но он-то теперь будет думать по-другому! — Ну, так догони её! И поцелуй!
Его передернуло, и теперь пришла очередь усмехаться мне.
— Нет уж, увольте. У нее губы белые и мокрые, как у рыбы.
И нет, мне он никаких комплиментов не делал, и вовсе не собирался упоминать, насколько хороши мои губы, по сравнению с ликайкиными. Но я почему-то эту фразу восприняла, как музыку для своих ушей!
Усилием воли я заставила себя размышлять над ситуацией и выбросить из головы странные, слишком уж эмоциональные мысли по отношению к красавчику.
— Ты такая глупая, — выдал он, когда я пошла к проходу и заглянула внутрь. — Выдала такой секрет врагу! А ведь можно было бы подслушивать их и подглядывать за ними!
— Это ты глупый! — мне хотелось хоть как-то уязвить его, а из подслушанного интимного разговора между ним и ликайкой следовало, что эти два народа чудесным образом очень мало знали о традициях и отношениях друг друга. — Ты в курсе, вообще, что ликаи после ночи любви сжирают своих партнеров?
По ледяному долгому молчанию за моей спиной я решила, что фразу эту Брендон пропустил мимо ушей. Но когда обернулась к нему, решив высказать предложение насчет того, что делать дальше, то неожиданно услышала:
— У меня было такое ощущение, что те двое, что с нею были в комнате Эдварда, присутствовали в этой комнате...
— Они, вообще-то в соседней сидят с закрытыми глазами, — заглянув в проход, я повернула голову сначала в одну, потом в другую сторону, но ликайки там уже не было.
Схватив выпавшую из плошки на пол потухшую свечу, я решительно всунула ее обратно в плошку, чуть подогрев второй необгорелый конец над свечой, стоявшей на небольшом столике у двери, ведущей в проход. Обернулась к красавчику: