— Вот сейчас… сейчас… Сейчас я его увижу..!

И вот уже показался нужный дом и… и я резко останавливаюсь. У дома стоит машина чертовой риелторши и это в девять-то утра? Она что ночевала у Войтова? Ну как? Войтов же сегодня искал меня в общаге!

Сжав зубы, я сканирую взглядом ненавистный автомобиль и не решаюсь идти вперед. Что делать? Почему Марианна здесь? Неужели она и Глеб теперь вместе?

И тут из ворот выходят два объекта моих размышлений. Войтов и риелторша собственной персоной. Даже злая и разочарованная я признаю, что вместе они смотрятся шикарно. Она идеальная и безупречно выряженная и он строгий и мужественный рядом. Красивые... Терпеть их не могу.

Не в силах наблюдать дальше проклятую идиллию, я быстро разворачиваюсь и шагаю назад. Постепенно шаг сменяется бегом и к остановки я подбегаю вымотанная и зарёванная.

На хер он искал меня, если они с этой курицей вместе? Зачем приходил?

Сквозь слезы я вижу, что к остановке подходит автобус и иду к нему навстречу… И вдруг на остановке останавливается машина. Её машина. Марианна за рулём, а Глеб сидит рядом — на пассажирском.

— София? – слышится из открытого окна, но я демонстративно отворачиваюсь и захожу в подъехавший автобус.

Дома я падаю на кровать и долго реву.

И зачем я только поехала к этому индюку?! За-чем? Ему плевать на меня, а приходил он ко мне совсем не потому, что хотел предложить мне жить вместе. Нет! Наверняка он и его выдра снова решили улучшить мои жилищные условия, только не понимаю зачем им это надо! Я ведь испарилась и думать обо мне теперь не нужно. К всё это чему тогда?

И тут я услышала тихий стук в дверь. Это был даже не стук, а скрежет. Словно кто-то сгрёбся в мою дверь.

Подскочив, я в упор смотрю на дверь, которая через несколько секунд открывается сама. Боже! На пороге стоит… теткин сожитель и мерзко улыбается.

— Здравствуй, Софа. Рада меня видеть?

Теткиного сожителя Гришку я терпеть не могла. Пару лет назад он появился в нашем доме и с того времени, при любом удобном случае, пытался меня шпынять и унижать. Именно пытался, потому что каждый раз получал отпор и надо признать — порой я была жестока в своей мести. Один раз мы даже подрались с Гришкой.

Он заставлял меня делать ему массаж. Якобы он потянул спину на стройке, а у тётки болели руки. Я естественно послала его в далекие дали и тогда он пригрозил, что утопит котят, которых мы с Маринкой спасли от смерти. Для вида я согласилась, а когда он вытянулся на диване, я закидала его спину тухлыми яйцами, которые тетка собиралась выбросить. Конечно я сразу убежала, а когда вернулась домой Гришка решил меня избить ремнём. В итоге сам и поплатился – я вывернулась и пнула его между ног. Тогда я точно не поняла, кто орал сильнее – тетка или её молодой сожитель.

И вот этот урод здесь.

— Что надо? – с вызовом цежу я, а сама осматриваю комнату в поисках оружия.

Вряд ли Гришка пришел ко мне с миром, скорее следует ждать самой настоящей битвы.

— Шо-ко-ла-да, — плотоядно протянул мужчина и окинулл моё тело жадным взглядом, — сейчас ты за всё заплатишь, сука.

До боли закусив губы, я чувствую вкус металла во рту и готовлюсь к броску. По хлёсткому Гришкиному взгляду я вижу, что он настроен решительно. Того и гляди сейчас кинется, а я до сих пор без оружия.

— Оплату с Анфиски тряси, ты же с нее тянешь деньги, словно пылесос.

— Она в больнице, тварь! – орет он и делает шаг вперед, — и всё из-за тебя и твоих помощников. Решила всё у нас забрать? Не подавишься?

— А вы не подавитесь? – шепчу я, и наконец нахожу глазами рюкзак.

В боковом кармане рюкзака лежит перцовый баллончик, но успею ли я до него добраться?

— Неблагодарная сука, ты бы сдохла на панели от передоза, если бы не Анфиса.

— Сомневаюсь, — выдыхаю в ответ и бросаюсь к рюкзаку.

Баллончик уже практически был у меня в руках, когда резкая боль застопорила движение. Этот гад меня пырнул. Это точно нож. Горячо и довольно сильно давит в бок, а через мгновения я чувствую как теплая кровь начинает пропитывать кофту.

— Будешь рыпаться, я суну глубже!

Обернувшись, я замечаю в Гришкиных руках небольшой перочинный нож, который ровно наполовину вставлен в мой бок.

— Вставай на колени и соси, шлюха! А потом бумаги будем подписывать! Если не подпишешь – всю тебя исполосую.