А ещё бесило то, что Глеб со своим риелтором крайне активно искали мне квартиру. Каждый день он уходил около десяти утра и возвращался не раньше четырёх-пяти часов вечера, после чего молча усаживался за ноутбук и работал. Пробиваться к нему было бесполезно, он вставлял в уши наушники и уходил в мир букв и цифр. И пусть я продолжала в жить в доме Войтова, но словно была одна. Одинокая и несчастная.

Вчера он принёс мне планшет и сказал, чтобы я готовилась к поступлению.

— В колледже тебя восстановят, готовься сдавать зачеты и экзамены, которые пропустила. Я договорился.

И пусть он сказал больше слов, чем обычно, но мои встречные вопросы всё равно проигнорировал.

Мы даже за стол садились есть не одновременно. Каждый раз он пропускал мимо ушей мои «приглашения» к столу, а мне в последнее время кусок в горло не лез. Хотелось плакать и возмущаться, но я сдерживалась. Все истерики бесполезны – Глеб непробиваем.

Обычно Войтов забивал холодильник упаковками с готовой едой, но сегодня я решила сама приготовить для него ужин. Может мои старания увенчаются успехом и он хоть немного оттает.

Закинув картошку в сковороду с мясом, я решаю помыть пол. Глеб любит чистоту — пусть порадуется .

Очистив до блеска серый ламинат, я любуюсь окружающей чистотой и тут мне в нос заползает крайне неприятный запах гари.

Кинувшись в зону кухни, я бросаюсь к сковороде, из под крышки которой идет темно-серый дым.

— Только не это! — кричу я и в ужасе понимаю, что ужин безнадежно испорчен.

— Нужен мне этот пол был, — плачу я, пока соскабливаю в ведро почерневшие угольки картофеля и мяса, — и почему я такая бездарная. За что не возьмусь — обязательно испорчу.

Открыв окна, я заливаю сковороду водой и сразу же обнаруживаю на дне глубокие порезы.

— Пипец. Сковороду тоже можно выбросить!

Усевшись на пол, я бросаю сковороду в мусорное ведро и принимаюсь ждать прихода Войтова. Теперь он ещё больше рассердится и закроется от меня навечно. Посчитает, что я специально сожгла сковороду.

— Хотела как лучше, а получилось как всегда.

Просидев на полу около получаса, я слышу как в замке поворачивается ключ.

— Вот и хозяин пришёл, — расстроенно бормочу я, — как же он сейчас «обрадуется ужину».

Замерев, я готовлюсь к встрече с мужчиной, но то что происходит потом окончательно добивает меня.

Оказывается Войтов пришел не один. Из прихожей, помимо голоса Глеба, слышится тонкий женский голосок.

Выпрямившись, я медленно поднимаюсь с пола и одновременно с этим в гостиную заходят двое: сам хозяин дома и миниатюрная брюнетка с огромными синими глазами.

— София, что здесь происходит? – оглядывая комнату, спрашивает Глеб и я перевожу взгляд на брюнетку.

— Похоже здесь случился пожар, — хмыкает дамочка и стреляет в мою сторону оценивающим взглядом.

Красивая, зараза – отмечаю про себя, скользя по её совершенной фигуре завистливым взглядом.

Значит такие ему нравятся! Ну что же, переродиться в идеальное тело я точно не сумею, зато в моих силах стрельнуть в её насмешливую рожицу головешкой от сгоревшей картошки.

— Повторяю, что происходит? Откуда запах гари и почему ты вся в саже?

Кое-как отлепив взгляд от брюнетки, я опускаю глаза и только сейчас замечаю, что мои руки и одежда сильно испачканы копотью. Похоже чистила сковороду я не очень аккуратно, вернее совсем неаккуратно. Представляю как я сейчас выгляжу на фоне этой звезды. Принцесса и трубочистка, твою мать.

И тут вместо того, чтобы разораться и обстрелять Глеба с красоткой головешками, я начинаю плакать. Чувствую как по щекам катятся первые капли слёз, а нижняя губа предательски начинает дрожать.

Сжав кулаки, я быстрым шагом прохожу мимо парочки, при этом голову стараюсь не поднимать — не дай бог эти «прелестные» люди заметят как я ною. Лучше уж стрельнуть из ружья себе между глаз, чем разреветься перед ними.

В след мне долетают короткие фразы Войтова и брюнетки, но я даже не вслушиваюсь. Главное сейчас убежать и прореветься как следует. Для них же лучше – дом будет в их полном распоряжении.

Распахнув калитку, я перехожу на бег и на всей скорости лечу куда глаза глядят. Впрочем глаза мне сейчас особо не помогают – они заполнились водой и не выполняют свою главную роль. На огромной скорости я налетаю на камень и падаю на посыпанную крупной галькой дорогу. Лежу пару секунд и спешно поднимаюсь, хотя ладони и колени скорее всего содраны. Жжет конечности довольно сильно, но вся эта боль херня, в сравнении с тем, что разразилось в грудной клетке. Оказывается моё сердце может сильно болеть и давить, а я и не знала.