Хемет развернулся и исчез. Туман вновь стал непроницаемым.

— Мда… впечатляет! — протянула Мирам. — Но почему Хемет? Помнится, у Достойных был другой лидер — Каег. Интересно, где он?

— Вот пойдем и выясним это, — предложил Алекс.

— Ты слышал, что нам нельзя покидать это место.

— Хм… это больше зависит от возможностей. А они у меня не изменились. Так что пойдем прогуляемся.

— Но почему Каег? — не унималась Мирам.

— Потому что, если у тебя забрали власть, ты охотнее идешь на контакт…

Ферма. Каег.

Два адепта сидели в небольшой палатке посреди безбрежного красного тумана. Эманации Фермы, конечно, беспрепятственно проникали внутрь импровизированного убежища, однако огороженное пространство создавало иллюзию нормальности. А это давало психологический комфорт, так необходимый сейчас всем Достойным, включая Каега и Доллу. По этой же причине перед ними стоял столик и пара бокалов с вином — остатки былой роскоши.

Вообще, после каждой трансформации — она же милость Господина — требовалось отлежаться и прийти в себя, чтобы не повредиться в уме. Здесь и сейчас это было особенно опасно. Вот Каег с Доллой и «праздновали», как могли. Тем более их можно было поздравить — они не потеряли разум и не приобрели новые органы или конечности. Правда, ни одни из старых врат тоже не переделали, а значит, их ждет новая принудительная трансформация.

Но все равно это был неплохой результат даже по меркам других Достойных. Считалось, что чем дольше ты удерживаешься от «грязного» пути — то есть не превращаешься постепенно в монстра — тем больше у тебя шансов стать истинным слугой Бесформенного. В перспективе — получить высокий уровень, потому что разумные важнее. Мол, монстров у Бесформенного и так много, поэтому его интересуют именно слуги-адепты.

А то, что они не сразу трансформируют врата… это дело наживное. Рано или поздно смогут, и тогда их путь ничем не будет ограничен. Трансформация — это просто испытание на стойкость. Чтобы отделить слабых от сильных… Народ даже поговаривал, что им будут выдавать столько ресурсов, сколько они смогут принять. А ресурсов у Бесформенного было много. Собственно, он сам являлся ресурсом, за которым охотились остальные адепты Радиусов. Поэтому счастливчиков, переживших Ферму, ждет светлое будущее. Надо только потерпеть.

Каег в подобные слухи не особо верил, но и не спорил с ними публично…

— Достойные слишком много выдумывают, — проворчал он. — Это потому, что все сидят без дела и у них полно лишнего времени.

— Как у нас? — сипло усмехнулась Долла.

— Да, как у нас. Но мы не все! — отрезал Каег. — Мы не верим в сказки.

— Считаешь, что при тебе такого бардака не было бы?

— Я бы нашел, чем занять всех. Уж придумал бы что-нибудь.

— Раньше было проще, — криво улыбнулась Долла. — Мы могли прятаться и выживать. А сейчас у Достойных впервые появился свой уголок. Так что не стоит их сильно винить за безделье. Мы просто нагоняем упущенное.

— Вот только сейчас мы даже уйти с Фермы не можем, — буркнул Каег.

— Тем более. Поэтому и строим планы. Чем тебя планирование-то не устраивает?

— Тем, что Ферма и наша трансформация — это большой эксперимент, результатов которого никто не знает и не понимает. Ни мы, ни Хемет, ни даже Фест. А без этого планировать нечего!

— Возможно, ты прав… но, честно говоря, я хочу побыстрее измениться, — вдруг призналась Долла.

— Что?! — изумился Каег. — Почему?

— Я устала терпеть все это. Пора признать, что трансформация должна прийти к какому-то логическому завершению. Лучше сохранить разум и стать слугой Бесформенного, чем превратиться в монстра. Сегодня многие не выдержали, я потеряла несколько хороших знакомых.

— Но мы не знаем, что будет, если посвятить Бесформенному все врата! — всплеснул руками Каег. — Хотя совершенно точно нас будут сильнее контролировать. Определять каждый шаг.

— Нас и так контролируют все, кому не лень, — пожала плечами Долла. — Школы, Совет, Второй Радиус… А так мы просто выберем себе нового хозяина.

— Есть большая разница во внешнем контроле и внутреннем! Ни один адепт не хочет превратиться в безмозглого монстра. Даже если это истинный монстр Бесформенного.

— Бесформенный не сделает нас чудовищами. Если бы хотел, давно бы сделал. Думаю, у него иные планы на Достойных. Тут я с Хеметом согласна.

— Главное — не внешний вид, а возможность распоряжаться своей судьбой. Хотя бы минимально. Мда… не ожидал от тебя такого, — покачал головой Каег. — Считал, что ты будешь сопротивляться подольше.

— Я просто не вижу смысла в упорстве, — с горечью произнесла Долла. — Время идет, а риск нарастает. Если бы у меня была цель или твердый план, я бы боролась.