— Я сейчас разговариваю со своим мужем, а не с вами, — пусть и не слишком явно, но в голосе Карен послышалась резкость и раздражение.

И посмотрела она на доктора так, чтобы этого не видел Ашер, но во взгляде Карен читалось явное предупреждение, чтобы он не лез в разговор.

— Я правда срочно должна полететь к родителям. К тому же я чувствую себя не очень хорошо. Твои люди таскали меня как какую-то вещь и я сильно перенервничала…

— Если ты немедленно не пойдешь на осмотр, тебя туда сопроводят, — альфа жесткого, безжалостно оборвал поток ее фраз. – И тебе это не понравится.

Карен сильно дернулась. Словно от удара и, растерянно, тревожно раскрыв глаза, спросила:

— Да что с тобой? – спросила она нервно. – Почему ты так себя ведешь со мной? Я же твоя истинная. Жена. А ты сейчас разговариваешь со мной так, словно я непонятно что.

Денор ничего ей не ответил. Посмотрел на своих людей и мужчины тут же пошли в сторону Карен. Было ясно, что это и есть то самое сопровождение.

Девушка, словно ошпарившись, дернулась и, цокая каблуками по полу, быстро отошла в сторону.

— Я… Аш, прекрати, — произнесла она судорожно, но мужчины не остановились и она, вспылив уже чуть ли не прокричала: — Я никуда не пойду. Господи, я думала, что это твои люди не так восприняли твои слова, из-за чего таскали меня, а это, оказывается, твой приказ? Да как ты можешь так со своей истинной? Ты ужасен!

Один из мужчин практически взял ее за руку, как Карен дернулась и быстро отошла в сторону.

— Все. С меня хватит. Я уезжаю к родителям. А ты… Сможешь приехать и поговорить со мной, когда наконец-то успокоишься, но… я такое так просто не забуду, — она развернулась, но выйти не смогла. Около выхода стоял один из громоздких мужчин.

И Карен, явно чувствуя себя в ловушке, сжалась и, бросая лихорадочный взгляд в сторону Денора, только сейчас заметила меня.

Я сидела молча. Не шевелясь. Только приподняла брови, наблюдая за тем, как её взгляд остановился на моей руке.

На метке.

Глаза Карен расширились.

И вот тут трещина в ее эмоциях пошла дальше. Будто пробирала до костей. Вся кровь отхлынула от лица девушки и ее буквально затрясло. Она выглядела, как человек, который увидел свой самый главный кошмар. Как тот, у кого весь мир рушится сию секунду.

Уже эти эмоции в ней были значительно дольше. Карен даже сделала несколько рванных вдохов. Но все равно далеко не сразу взяла себя в руки. Да и лицо все равно осталось все таким же бледным.

Но девушка рябью сменила выражение своего лица. Словно бы насильно, но теперь оно выдавало совершенно другое выражение.

— Что… это? — она прошептала, будто не верила, что видит. Настолько великолепно отыгранные эмоции, что меня даже пробрало от мысли, что Карен к ним готовилась. Интересно, она ведь предполагала, что настоящая истинная может появиться? Правда, мне этого совершенно не хотелось. – Почему у нее такая же метка, как и у нас?

Карен сделала шаг. Потом второй. Приближаясь ко мне. Обжигая мое запястье моим взглядом.

— Почему? – ее голос выдал непонимание. – Она подделала метку?

Замирая, Карен обернулась к Денору.

— О, Боже, ты из-за этого сказал привести меня сюда и обследовать метку? То есть, из-за какой-то явно неадекватной самозванки ты усомнился во мне? Я… Я ведь такое не прощу. Мы четыре года замужем, а ты… сомневаешься во мне? И это из-за какой-то дряни?

Карен резко обернулась ко мне, испепеляя гневным взглядом.

— Ты… У тебя вообще совесть есть? Да ты хоть знаешь, что с тобой будет после такого?

Карен резко и быстро пошла ко мне. И от внезапности я даже не уловила того момента, когда она оказалась слишком близко. Но увидела то, что девушка быстро протянула ко мне свою руку. Кажется, собиралась схватить меня за запястье и, в какой-то тревожной вспышке я вжалась в спинку дивана. Словно само это движение веяло чем-то категорически плохим.

Вот только, Карен так и не успела ко мне прикоснуться. Неизвестно как, но Денор оказался рядом. Перехватил ее руку и отдал своим людям. Уже вскоре Карен потащили в сторону кабинета. А она вырывалась, кричала.

— Аш, нет, умоляю… Если меня сейчас будут проверять, я же это расценю, как твое сомнение во мне. Я этого не прощу! Боже, Аш, умоляю… Я ведь твоя жена.

Сидя на диване, я ладонью потерла свою метку, смотря на то, как Карен все же заволокли в кабинет. Но она и там сопротивлялась. И лишь после того, как дверь закрылась, в помещении вновь воцарилась тишина.

Дверь распахнулась, и Карен вышла не сама — ее буквально вывели, волоча за собой.