— Нет, Клаус, так дело не пойдет, — глядя на него в упор, сообщил я. — Ты просишь о помощи мага, ну ладно пока не мага, ученика, но все равно, ты прекрасно представляешь, сколько стоят наши услуги. Я принимаю твое предложение. Но, ты подумай и сообщи, что еще можешь предложить, кроме того, как дать мне в сопровождение на четыре-пять дней эскорт из сотни всадников.

— Да, ладно Эрлих, не сердись, я тебя просто проверял на слабо. Вдруг бы получилось. Но я бы тебя все равно не обидел. Разве можно обижать друзей. Я подумаю и через пару дней скажу, чем могу оплатить твое участие в войне. — Улыбаясь, сообщил Клаус. — Так что давай, собирай вещи и в дорогу.

Перед отъездом пришлось утешать хныкающую Герну и обещать, что осенью я обязательно вернусь, и мы продолжим жить вместе.

Зато когда попал в библиотеку, обещаниями отделаться не удалось, два часа пришлось доказывать делом свою любовь к прекрасной библиотекарше. Зато и награда ожидала на библиотечной стойке в виде новой тетрадки в коленкоровой обложке. Элен ее не видела в упор, из-за чего я нисколько не сомневался, что тетрадка дожидается меня. Поэтому тут же упрятал ее в пространственный карман. После чего оставил неутешно рыдающую библиотекаршу в одиночестве. Нисколько не сомневаюсь, что она быстро перестанет рыдать и утешится в ближайшее время с кем-нибудь другим.

Клаус только хмыкнул, обнаружив, что кроме меча у пояса и небольшого рюкзака за плечами на мне ничего не имелось, мазнул взглядом по моим пальцам, на которых были надеты несколько серебряных колец.

Решил, наверно, что у меня имеется кольцо с пространственным карманом.

Два месяца прошли в переходах по пыльным дорогам, боям, в криках раненых, пылающих развалинах деревень и мелких городков. За эти месяцы мой источник подрастал гигантскими шагами. Оказалось, что посмертная энергия умирающих в радиусе до двухсот метров поглощается им. И этот радиус постоянно растет. Поэтому мои файрболы достигли почти метра в диаметре, а в пространственный карман, которому я уделял особое внимание можно уже было закинуть небольшой домик, но для челнока места было пока маловато.

После месяцев упорных боев мы, наконец, достигли последнего прибежища двух оставшихся противников Гвирона.

Мы с Клаусом стояли на небольшом холме в пятистах метрах от стен города Брон. За шатром графа расположился лагерь его войска. Шесть тысяч пехотинцев и четыре тысячи кавалерии для Западных земель представляли невиданную силу. Ведь у обычного барона дружина, самое большее, достигала двухсот человек. Глядя на этих воинов, я не раз думал, как к такой армии отнесется великий герцог Берган и чем это грозит Клаусу Гвирону и мне, как его магу.

Мой побратим с хмурым видом почесывал рыжую бороду.

— Не хочется разрушать город, — в который раз признался он. — От него в казну идет почти половина все поступлений налогов.

Я пожал плечами.

— Ну, давай подождем еще немного, ультиматум о выдаче мятежных аристократов мы горожанам отправили, запасов еды у них практически не осталось, разве, что воды в избытке, река рядом. Вот увидишь, они в ближайшее время головы этих баронов сами вынесут нам на серебряном блюде.

Мои слова оказались пророческими, ворота распахнулись и, под белым флагом к нам направилась торжественная профессия.

Я ошибся только в одном, муниципалитет не пожалел денег и головы баронов преподнесли Гвирону на золотом блюде.

Интермедия

В роскошной спальне последнего барона города Брон на широкой кровати опираясь спиной на подушки, полулежал голый Клаус Гвирон.

Между ног у него ритмично двигала головой стройная, обнаженная девушка.

В двери спальни кто-то робко постучал.

— Ну, кто там еще, подождите? — нервно воскликнул граф и резко прижал голову девушки к своему паху. Через минуту отпустил ее с вздохом облегчения.

— Убирайся, — коротко приказал он ей. Девушка легко спрыгнула с кровати, схватила легкую накидку, лежавшую на полу и выбежала из спальни.

В дверь снова постучали, и после разрешения в спальне появился тип неопределенного возраста в черном замшевом костюме с бородкой эспаньолкой и шпагой на боку.

— Докладывай, Хьюго, — приказал Гвирон, тоже накинувший на себя покрывало.

— Милорд, по вашему приказу мы сопровождали лэра Эрлиха в его поездке.

Сразу скажу, что нам практически не пришлось вступать в бой с кочевниками. Лэр Эрлих не давал им никакого шанса. За три дня он сжег восемь кочевий. По-моему, он вполне бы обошелся без нашего сопровождения.

— Не отвлекайся на свои выводы, дело говори, — прервал его граф.

— Простите, — склонился в поклоне сотник.- В общем, на третий день, лэр Эрлих сообщил, что в наших услугах больше не нуждается и, приказал возвращаться. Я попытался ему возражать, сообщив, что это ваш приказ, но он в грубой форме ответил, где видел ваши приказы.

Клаус побагровел.

— Ну, и что вы сделали?

— Милорд, мы последовали за ним, но почти сразу земля под копытами лошадей разошлась, они провалились почти по брюхо. И большую часть дня нам пришлось их откапывать. А когда закончили, то не могли найти следов, по которым можно было выяснить, куда лэр Эрлих направляется.