Шрифт:
— Почему ты еще не помылась? — в сознание врывается его хриплый голос.
— Я… — хочу возразить, но слова застревают в горле, потому что в следующую секунду он шагает ко мне.
— Повернись, — командует мужчина.
И я подчиняюсь. Поворачиваюсь к нему спиной, наблюдая, как он берет с лавки одну из тряпок, опускает ее в чашку с дурно пахнущим содержимым и начинает с усилием тереть меня.
Жесткая ткань ощутимо царапает кожу. Шумно втягиваю воздух, морщусь и прикусываю губу, чтобы не застонать от боли.
Когда спина и плечи уже горят огнем, я снова слышу приказ:
— Повернись.
Делаю, как он говорит, и импровизированная мочалка проходится по ключицам.
— Дальше я сама, — неуверенно возражаю, перехватывая его руку.
Он хмыкает, вкладывает мне в ладонь тряпку и отходит. Зачерпываю еще немного вонючей субстанции и, аккуратно размазывая по груди и животу, кошусь на мужчину.
Вопреки ожиданиям, он на меня не смотрит. Берет еще одну чашку и поливает себя из второго ведра. Вода стекает по его большому мускулистому телу, и я невольно задерживаю взгляд, который он тут же перехватывает.
Щеки горят от смущения. Я отворачиваюсь и возвращаюсь к своему занятию.
Должна признать, что, несмотря на противный запах, субстанция хорошо мылится. Наношу ее на оставшееся тело и начинаю смывать. Вода в ведре быстро заканчивается, ее и так там было совсем немного, поэтому часть «мыла» остается на коже.
«Наверняка потом будет щипать и чесаться», — думаю я, возвращая пустое ведро на лавку.
Краем глаза замечаю, как мужчина скользит изучающим взглядом по моему почти вымытому телу, а затем подходит ближе и щедро поливает остатками «своей» воды.
— С-спасибо, — негромко говорю я, стараясь не смотреть на него.
Он подходит вплотную, склоняется, ведет носом по моей шее и… принюхивается. Обнимаю себя руками и делаю шаг назад. Хотя понимаю, что это бессмысленно: мы одни, он сильнее и, если захочет взять меня прямо здесь и сейчас, ничто не сможет ему помешать.
Он хмыкает, берет с лавки сухую тряпку и начинает обтирать меня ей.
— Давайте я сама, — снова возражаю я. Тянусь за тряпкой, но мужчина резко отводит свою руку в сторону.
Его молчание напрягает, он будто играет со мной. Прикрываю грудь руками и опускаю голову. Надеюсь, он поймет, что я не желаю его прикосновений. Но, кажется, ему все равно. Сухая ткань вновь скользит по моему телу, забирая влагу, и мне остается только ждать, пока закончится эта изощренная пытка.
Он тщательно вытирает мои плечи, живот, проходится по спине, задерживается на ягодицах. Вижу, как его член наливаться кровью, и прикрываю глаза.
Сердце начинает учащенно биться, живот скручивает от страха. Неужели это случится прямо сейчас?
Тряпка исчезает. Я слышу глухой рык, а в следующий миг меня подхватывают на руки и выносят на улицу. Судорожно хватаю ртом морозный воздух. Кожа покрывается мурашками. В голове проносится мысль, то мужчина так и не успел обсохнуть, но обдумать ее не успеваю, так как снова оказываюсь в каком-то помещении.
Здесь просторно, и есть окна. Справа горит большой очаг, рядом стол и пара табуреток, а напротив — возвышение из шкур. Видимо, это кровать, потому что там лежит женщина. Абсолютно голая.
При виде нас она резко подскакивает и выпаливает с нескрываемым возмущением:
— Аррон! Что она здесь делает?
Глава 4
Меня резко опускают на холодный пол. Прикрываю наготу руками и отхожу ближе к очагу. Мужчина скользит по мне нечитаемым взглядом, а затем разворачивается к гостье.
— Зачем ты пришла, Майра? — холодно спрашивает он.
— Я…
Женщина слегка тушуется, она явно не ожидала такого приема. А я вспоминаю, что видела ее рядом с ним у костра.
— Я принесла твою одежду, — наконец отвечает она и машет рукой куда-то в сторону входа. — Думала, ты вернёшься один и...
— Хорошо, — обрывает её Аррон. — Теперь уходи.
Повисает тяжёлая пауза. Женщина смотрит на него затравлено, и на мгновение мне становится её жаль.
— Но… — она запинается, её былая уверенность тает на глазах, — я же здесь живу. Мы же... мы...
— Нет, — он делает шаг вперёд, и я вижу, как она склоняет голову и отступает. — Это мой дом, и я тебя сегодня не звал.