Шрифт:
В этот раз она уже не могла его не услышать, а потому не могла и не ответить.
– Пока я не получу письма от полковника Кэмпбелла, – с притворным спокойствием сказала она, – не могу ничего утверждать наверняка. До тех пор можно лишь гадать.
– Гадать… Да уж, иногда догадки оказываются верны, а иногда – нет. Я вот гадаю, скоро ли мне удастся починить сию заклепку. Видите, мисс Вудхаус, какую чепуху несет иногда человек, занятый работой… Хотя, полагаю, настоящий рабочий не треплется попусту, но мы, джентльмены-трудяги, как начнем говорить, так и… Мисс Фэрфакс что-то сказала о догадках… Все, готово. – Он обратился к миссис Бейтс: – Имею удовольствие вернуть вам ваши пока что снова целые очки.
Миссис Бейтс и ее дочь принялись так горячо его благодарить, что в надежде найти спасение от последней он подошел к фортепиано и попросил мисс Фэрфакс сыграть что-нибудь еще.
– Будьте так любезны, – сказал он, – сыграйте, пожалуйста, какой-нибудь вальс из тех, что мы танцевали вчера. Мне так хочется вновь пережить эти минуты. Вам они столько радости не доставили, вы мне все время казались уставшей и, полагаю, были только рады, что танцы так скоро прекратились, но я бы все на свете отдал еще хотя бы за полчасика.
Она сыграла.
– Истинное удовольствие – слушать мелодию, которая принесла столько счастья!.. Если не ошибаюсь, этот вальс танцевали и в Уэймуте?
Она быстро на него взглянула, густо покраснела и заиграла другой вальс. Взяв со стула возле фортепиано ноты, он подошел к Эмме:
– Вот это что-то новенькое. Узнаете?.. Крамер [10] … А вот еще новый сборник ирландских композиций. Выбор понятен, если вспомнить отправителя. Их прислали вместе с инструментом. Очень заботливо со стороны полковника Кэмпбелла, правда? Он знал, что у мисс Фэрфакс здесь нот может и не быть. Такое внимание к мелочам вызывает особое уважение, показывает, что подарок был сделан от всего сердца, а не второпях и кое-как. Только человек истинно любящий способен на подобную заботу.
10
Иоганн Баптист Крамер (1771–1858) – британский пианист и композитор.
Хоть Эмме и было совестно, что он изъясняется слишком недвусмысленно, его поведение не могло ее не развеселить. Когда же она взглянула на Джейн Фэрфакс и увидела, что за смущенным румянцем скрывается едва заметная восторженная улыбка, то уже не так стыдилась своего веселья и почти не корила себя за рассказанное Фрэнку Черчиллю. Эта благовоспитанная, праведная, безупречная Джейн Фэрфакс явно лелеет в душе весьма предосудительные чувства.
Он принес Эмме все ноты, и они стали вместе их просматривать. Воспользовавшись случаем, она прошептала:
– Ваши намеки чересчур ясны. Наверняка она все понимает.
– Я на это и надеюсь. Нисколько не стыжусь того, что хочу сказать.
– А мне немного стыдно. Лучше бы эта мысль никогда не приходила мне в голову.
– Я очень рад, что она все же пришла и что вы поделились ею со мной. Мне теперь ясны все ее странные взгляды и привычки. Это ей должно быть стыдно. Если она поступает дурно, то должна это понимать.
– Думаю, стыд ей не чужд.
– Незаметно. Она сейчас играет песню про Робина Адэра [11] – его любимую!
11
«Робин Адэр» – традиционная ирландская песня.
Через некоторое время мисс Бейтс, проходя мимо окна, увидела проезжающего верхом на лошади мистера Найтли.
– Ах, право же, мистер Найтли!.. Я непременно должна с ним поговорить, должна поблагодарить его. Здесь окно открывать не стану, а то вы все простудитесь, пойду в матушкину комнату. Уверена, он согласится зайти, когда узнает, какое у нас нынче собралось общество. Как чудесно, что вы все встретились здесь! Какая честь для нашей маленькой гостиной!
Договаривала мисс Бейтс уже из соседней комнаты, где она тут же открыла окно и позвала мистера Найтли. Их разговор был слышен гостям столь отчетливо, словно мисс Бейтс никуда и не отходила.
– Здравствуйте, здравствуйте! Как поживаете? Мы – замечательно, благодарю! Очень признательны вам за вчерашний экипаж. Мы вернулись как раз вовремя, матушка не успела нас заждаться. Заходите к нам, прошу вас. Вы здесь встретите кое-каких друзей.
Так затараторила мисс Бейтс, но мистер Найтли, явно настроенный, чтобы и она его услышала, решительно и твердо отвечал:
– Мисс Бейтс, как ваша племянница? Я хотел бы справиться о здоровье всех вас, но прежде всего – вашей племянницы. Как мисс Фэрфакс? Надеюсь, не простудилась вчера? Как сегодня ее самочувствие? Расскажите мне о мисс Фэрфакс.
И мисс Бейтс пришлось дать ему прямой ответ, не отвлекаясь ни на что другое. Остальные весело их слушали, а миссис Уэстон многозначительно взглянула на Эмму. Однако Эмма, отказываясь верить в ее предположения, лишь покачала головой.
– Мы так вам признательны! Так благодарны за ваш экипаж… – продолжила затем мисс Бейтс.
Он быстро прервал ее:
– Я еду в Кингстон. Вам что-нибудь нужно оттуда?
– Ах, право же! В Кингстон? Кажется, миссис Коул на днях упоминала, что ей нужно что-то в Кингстоне.