— Как же не знать? — воскликнул мистер Уэстон. — Миссис Бейтс! Мы давеча проходили мимо ее дома, я даже видел мисс Бейтс в окошке. А ты, верно, знаком с мисс Фэрфакс. Помню, ты писал, что вы как-то повстречались с ней в Уэймуте. Славная девушка. Непременно ее навести.

— Мне не к спеху, — произнес молодой человек, — можно пойти и в другой день… Однако наше уэймутское знакомство…

— О нет, иди сегодня! Не откладывай! Если что-то должно сделать, надо это сделать поскорее, и к тому же я хочу кое о чем тебя попросить: не следует допускать, чтобы здесь, в Хайбери, ей было одиноко. Ты видел ее в обществе Кэмпбеллов: с ними она могла держаться как с равными, — а теперь она вынуждена сидеть при своей бедной старой бабушке, которая едва сводит концы с концами. Если ты не поторопишься с визитом, это будет даже неучтиво.

Доводы отца, казалось, убедили сына.

— Мисс Фэрфакс говорила, что вы знакомы, — заметила Эмма. — Она очень изысканная молодая леди.

Мистер Фрэнк Черчилл согласился, но его «да» прозвучало так невнятно, что можно было усомниться в искренности этого утверждения. В высшем свете бытовало, очевидно, весьма своеобразное представление об изяществе, если Джейн Фэрфакс считалась одаренной им посредственно.

— Если вы до сих пор не замечали изысканности ее манер, — сказала мисс Вудхаус, — то непременно заметите сегодня. Вы увидите ее в лучшем свете. Увидите и услышите. Ах нет, последнее вам вряд ли удастся, потому что у ее тетушки никогда не закрывается рот.

— Так вы, сэр, знакомы с Джейн Фэрфакс? — осведомился мистер Вудхаус, всегда последним подбиравший нить разговора. — Тогда позвольте вас заверить: это приятнейшая молодая леди. Она гостит здесь у бабушки и тетушки, очень почтенных дам. Я знаю их всю мою жизнь. Не сомневаюсь, они чрезвычайно рады будут вашему визиту. Кто-нибудь из моих слуг проводит вас к их дому.

— Сэр, ни в коем случае! Отец покажет мне дорогу.

— Но вашему отцу не по пути — он ведь направляется в «Корону», в другой конец улицы. А домов на ней немало, так что вам нелегко будет найти тот, который нужен. Кроме того, вы перепачкаетесь, ежели сойдете с тротуара. Пускай лучше мой кучер покажет вам, где лучше пересечь улицу.

Мистер Фрэнк Черчилл все же отказался, сохранив, насколько смог, серьезное выражение лица. Отец с жаром поддержал его:

— Мой дорогой друг, в этом нет ни малейшей необходимости! Фрэнк сумеет обойти лужу, если увидит. А от «Короны» до дома миссис Бейтс всего ничего: прыг да скок, и он уж на месте.

В конце концов гостям позволили идти одним. Старший из двух джентльменов простился с хозяевами приветливым кивком, младший — грациозным поклоном, и оба удалились. Эмма осталась весьма довольна таким началом знакомства. Теперь она могла думать об Уэстонах и их госте в любой час, не сомневаясь в том, что всем троим хорошо и спокойно.

Следующим утром мистер Черчилл явился снова — на сей раз в обществе миссис Уэстон. Казалось, он уже проникся сердечной симпатией и к мачехе, и к Хайбери. До наступления обыкновенного часа ее моциона он по-дружески беседовал с ней дома, а когда она предложила ему избрать маршрут прогулки, незамедлительно избрал Хайбери. Нет, он не сомневался в том, что и в любую другую сторону можно прогуляться с приятностью, но эта деревенька со своими широкими улицами и весело глядевшими домишками неизменно будет привлекать его к себе. Ну а миссис Уэстон, направляясь в Хайбери, не могла не заглянуть и в Хартфилд и надеялась, что Фрэнк ничего не имеет против, поэтому они прямиком направились туда.

Эмма их не ждала: мистер Уэстон, зашедший на полминутки лишь затем, чтобы выслушать похвалы в адрес своего сына, не знал об их предстоящей прогулке, а потому, когда мачеха и пасынок рука об руку приблизились к дому, это стало для мисс Вудхаус сюрпризом. Она рада была снова увидеть Фрэнка Черчилла, особенно в компании своей подруги, ибо от того, как будет он держаться с миссис Уэстон, во многом зависело ее мнение о нем. Окажись мистер Фрэнк Черчилл холоден с новой родственницей, ничто уж не загладило бы его вины в глазах мисс Вудхаус. Но она была довольна тем, что видела. Не одними высокопарными словами и преувеличенными комплиментами платил он дань уважения мачехе. Его обращение с женой отца было как нельзя более приятно и естественно, как нельзя красноречивее свидетельствовало о его желании полюбиться ей, сделать ее своим другом.

Их визит продолжался до конца утра, и у Эммы было достаточно времени, чтобы составить разумное суждение о новом знакомце. Втроем они вышли погулять часок-другой: сперва по кустарниковым аллеям возле дома, а затем и в Хайбери. Мистера Фрэнка Черчилла все кругом восхищало: его похвалы Хартфилду наверняка порадовали бы слух мистера Вудхауса, а когда они вышли за пределы имения, он признался в своем желании осмотреть всю деревню. Дорогой молодой человек чаще, нежели Эмма могла ожидать, находил предметы для любопытных вопросов и одобрительных замечаний, причем обнаруживал при этом самые похвальные чувства. Так, он с жаром просил показать ему дом, где долгие годы жил отец, а прежде — дед. Вспомнив, что еще жива его старая нянька, он долго бродил по окраинам селения в поисках ее пристанища. Иные предметы, привлекавшие мистера Фрэнка Черчилла, были вовсе ничем не примечательны, однако его к ним внимание свидетельствовало о таком благорасположении к Хайбери, которое помогло ему подняться еще выше во мнении обеих дам.

Наблюдая за ним, Эмма рассудила, что о человеке, столь любящем родные края, несправедливо говорить, будто до сих пор он не приезжал сюда по собственному нежеланию. Нет, он не лицедействует, не выставляет напоказ наигранные чувства, и мистер Найтли, безусловно, ошибся, давая ему оценку.

Первая их остановка была у постоялого двора «Корона». Это заведение, само по себе довольно захудалое, считалось здесь лучшим в своем роде. При нем содержались две пары почтовых лошадей — скорее для удобства местных жителей, нежели для дальних путешествий. Не предполагая, что это место вызовет у их спутника интерес, дамы мимоходом поведали ему историю большого зала, некогда пристроенного к гостинице для проведения балов: прежде, когда в округе было больше молодежи из хороших семей, ее время от времени использовали по первоначальному назначению, однако те золотые дни давно миновали, и теперь зал не находил себе более благородного применения, нежели для заседаний карточного клуба, учрежденного местными джентльменами и полуджентльменами для игры в вист. Услыхав, что пристройка сделана для проведения балов, мистер Фрэнк Черчилл заинтересовался ею и, вместо того чтобы пройти мимо, задержался на несколько минут под двумя большими подъемными окнами, которые оказались открыты. Заглянув внутрь, он выразил сожаление, что в таком вместительном зале более не танцуют. Он нашел его превосходным, и на какие бы изъяны ни указывали ему его спутницы, не желал с ними соглашаться. Нет, зал ничуть не мал (ни длиной, ни шириной) и ничуть не безобразен. В нем с удобством поместится все здешнее общество. Зимой они непременно должны устраивать балы по меньшей мере раз в две недели. Отчего мисс Вудхаус не возродит славный старый обычай? Ведь здесь, в Хайбери, ей подвластно все!