— Не возьму.

Я был тверд в своем убеждении, что жена Олега мне вовсе ни к чему на рыбалке.

— Послушай, но ведь я не виноват, что меня отправляют в командировку. Всего на неделю, тебе что, жалко?

— А почему бы тебе не оставить ее дома?

— Хочешь, чтобы Ленка меня сожрала? Я обещал ей, что в этом году она проведет отпуск в Турции.

Я не хотел, чтобы Ленка сожрала Олега, но мне был непонятен целый ряд вопросов.

— Разве ты ей обещал, что она проведет твой отпуск со мной?

Олег начинал злиться:

— Видишь ли, каждый год, когда начинаю собираться в отпуск, подворачивается какая-нибудь дурацкая работа, будто кроме меня на фирме нет людей. Еще в прошлом году я обещал ей, что мы вместе поедем за границу. У меня сейчас выбор: или я на неделю еду в эту дыру, а потом три недели свободен, или в «дыру» едет другой человек, а я сижу все лето на фирме.

— А с чего ты решил, что ее устроит поездка со мной в Карелию?

— Ты сам расписывал, как там здорово, и она просто горит желанием половить рыбу. Это единственное, что может меня спасти от ее истерик.

— Нет, Олег, не проси. Как ты представляешь тащить с собой женщину, рассчитывающую на турецкий комфорт, в лесную глухомань? Да она тебе потом голову откусит.

— Это будет потом. Когда вы вернетесь, мы на следующий день улетим, ей просто некогда будет заниматься членовредительством. Она и рыбу ловить умеет, я учил, и помогать тебе станет.

— Мне главное, чтобы не мешала.

В отчаянной попытке отказать Олегу я начал рассказывать об ужасах турбазы, на которую собирался. Что там нет горячей воды, а от холодной зубы сводит. Что ночами там холодно, его жена может заболеть и умереть, и даже привел статистику по утопленникам. Впрочем, последнее было излишним, Олег лишь удвоил напор. Потом он набрал в грудь воздуха и сказал:

— Черт с тобой, за это, когда поедешь в отпуск, я возьму твою собаку.

Это было серьезно, после Карелии я собирался в Крым, а с собакой проблема была не решена.

— Ладно, наливай.

Потом мы прошли в комнату, где Ленка гладила огромного кавказца Ингу. Они склонились морда к морде и обе тихо млели.

— Лена, — торжественно сказал Олег, — Дима согласился взять тебя с собой на рыбалку.

Ленка отпустила собаку и взвизгнула. Инга удивилась, на всякий случай залаяла, и вдвоем они радостно запрыгали по комнате. Потом вдруг Ленка остановилась и, подняв васильковые глаза на мужа, спросила:

— Что значит «меня»? А ты? И вообще, мы же в Турцию собрались!

Мне очень хотелось вставить, что ее, Ленку, муж обменял на собаку, но на всякий случай я смолчал, не решаясь нарушить и без того хрупкое семейное равновесие.

— Леночка, мне нужно будет на неделю уехать в командировку, ты поедешь с Димой на рыбалку, а потом сразу же уедем в Турцию. Вот билеты, путевки, я все уже решил.

Ленка быстро-быстро заморгала глазами, но заплакать не успела, потому что Олег добавил:

— А сейчас мы с тобой пойдем в магазин, ты ведь хотела для Турции новый купальник?

Через несколько дней я позвонил Ленке:

— Значит, так, с собой нужно взять следующее: теплые вещи, чтобы ты могла сидеть в лодке и не мерзнуть. Еды возьмешь из расчета на неделю, магазинов поблизости нет. И прихвати что-нибудь теплое на вечер, тулуп какой-нибудь или ватник, удочки я тебе возьму. А ты правда умеешь ловить рыбу?

— Конечно, мы с Олегом ездили к его друзьям, и он меня научил.

— Хм… ладно, завтра с утра за тобой заеду. Вопросы есть?

Ленка радостно сообщила, что у нее вопросов нет, и довольная побежала готовиться.

Утром следующего дня я подъехал к Ленкиному подъезду и набрал на домофоне код ее квартиры:

— Выходи, я тебя жду.

Вместо того чтобы скатиться вниз, Ленка прохрипела испорченным динамиком:

— Поднимись ко мне, поможешь донести вещи.

В душу закрались нехорошие предчувствия, я поднялся в лифте и надавил кнопку звонка. В квартире что-то упало, раздался шорох отодвигаемых вещей, и в образовавшуюся щель меня втянула женская рука. Я перешагнул какие-то баулы, споткнулся о набитый пакет и становился, ошеломленный увиденным: перегородив поперек коридор, стоял огромный фирменный чемодан, возле двери ютилась парочка сумок размером со средней упитанности рюкзак, а несколько полиэтиленовых пакетов тихо разваливались своим содержимым от моего неловкого вторжения.

Ленка приняла мое молчание как восхищение своей запасливостью, убежала в комнату и сразу же вернулась с огромной, одетой в полиэтилен шубой. Я не очень разбираюсь в мехах, но то, что это был один из последних писков моды, мог поручиться.

Я вздохнул, уселся на стул и, указав на чемодан, сказал:

— Что у тебя здесь? Выгружай!

Вскоре обстановка в комнате напоминала известную картину «Обыск в квартире революционера». Ленка с лицом отправляемого на каторгу большевика отстаивала каждую тряпочку, но полиция оказалась сильнее, и через два часа передо мной стояло вполне оформившееся подобие «рыбачки Сони». Потраченные на борьбу с Ленкой усилия подпитывало лишь обещание Олега забрать собаку, поэтому из последних сил я придвинул к себе пакет и, услышав, что там еда, даже не стал его разбирать. И, как оказалось, совершенно напрасно.