Пропавшими гражданами занимаются розыскники, поэтому капитан заартачился: его дело ловить уголовников, а не девиц отыскивать. Но сослаться можно было только на загруженность, что Палладьев и сделал. Довод оказался настолько избитым, что майор Леденцов на него даже не обратил внимания.

— А маньяк-террорист? — прибегнул Палладьев к последней уловке.

— Игорь, не остри.

В парадных домов района кто-то лепил на стены листки с двумя словами «Аллах Акбар»; майор считал, что это озорство школьников.

— У розыскников что-то есть? — спросил капитан уже покладисто.

— Начни с Рябинина, поговори. Он считает, что девица махнула в Таиланд.

— Далековато, — вздохнул капитан.

Леденцов понимал, что вздох относится не к расстоянию, а к новому делу, которое оперативнику надо теперь вклинить в толщу дел старых. Чтобы подбодрить, майор усмехнулся в свои желтые усики:

— Игорь, пошлем тебя в командировку.

— Куда?

— В Таиланд, в порядке сексуального шопинга…

Из разговора с Рябининым капитан понял, что Таиланд даже не версия, а так, пунктирный намек, который еще надо дочерчивать до ясной линии.

Но сотрудник турфирмы «Эол» Артур Иосифович Терский туда улетел. Пока стоило заняться подругой, Антониной Петровной Мамадышкиной. Какой же она национальности?

Ее адрес дала мать пропавшей. И дала фотографию всей троицы: Марины, Антонины и Артура. Они только что окончили школу и сидели обнявшись. Марина выглядела красавицей — таких и похищают.

Проще всего было пойти к этой Антонине и затеять разговор — дружески-легкий, переходящий в психологи-чески-тяжелый. По здравому смыслу, она должна что-то знать или хотя бы догадываться. Но матери пропавшей ничего не сказала. Идти к ней с пустыми руками, то есть без всякой информации, бесполезно. Спецтехнику на этот пустяковый случай не дадут. Оставалась старая испытанная «спецтехника» — наружное наблюдение. Куда ходит, с кем встречается… Телефон бы прослушать: вряд ли к ней приедет курьер с Таиланда. Мамадышкина не тайка ли?

Палладьев выкроил утро, подкатил на своем «жигуленке» к ее дому и укрылся за торчащим у поребрика автобусом. Разумеется, в восемь утра она не вышла. Не вышла ни в девять, ни в десять. Куда ей выходить, если она не работает? Капитан ругнул себя: надо было ей позвонить и убедиться, что она дома. Еще не поздно. Он вытащил мобильник…

Антонина Мамадышкина вышла из парадного.

Стройная и высокая, не меньше метра восьмидесяти. Сапожки крупноразмерные.

Шаг скорый и размашистый. Она вышла на проспект и встала рядком с автобусной очередью. Но стояла как-то неопределенно, словно маршрута не выбирала или ждала иного транспорта. Иной транспорт был… Палладьев знал, что мгновенное решение есть решение необдуманное и он может лишь засветиться…

Капитан завел двигатель и выкатился на проспект. Возле очереди он притормозил, открыл дверцу и спросил людей:

— Работаю в режиме такси. Кто желает?

Очередь не ответила. Лишь Антонина спросила издали:

— В пригород доставишь?

— Куда конкретно?

— Широ коносовка.

— Ну, это уже город. Садитесь.

Капитан вышел и открыл даме дверцу. Она села, не спрашивая о цене. С пробками час езды. Чем дольше, тем лучше: Палладьев не был уверен, что выйдет полезный информационный разговор. В крайнем случае, он извинится, предъявит удостоверение и опросит ее в открытую.

Проехав квартал, Палладьев спросил:

— Музыку включить?

— Нет.

— Не душно?

— Нет.

— Трясет?

— Нет.

Капитан чуть было не усмехнулся: ее и с предъявленным удостоверением не разговоришь. Скорыми взглядами он хотел выловить ее взгляд, но в профиль это не получалось. Она сидела прямо, сложив руки на коленях и не сняв с плеча сумку, из которой торчали цветочки.

— Чего еле ползешь? — заговорила она сама.

— Машина старая.

— По автомобилю судят о личности.

— А не по одежке? — вспомнил капитан пословицу.

— В секонд-хенде дешевого тряпья навалом.

— Ну а если у личности нет автомобиля?

— Тогда нет и личности.

Капитан повеселел. Разговор сразу пошел наваристый, в смысле получения информации. Эта Антонина зубаста, что выгоднее, чем молчаливая нюня.

— Пардон, но похоже, что у тебя машины нет никакой.

— Женщине машина не нужна — ее должен возить мужчина.

— Пардон вторично, но твой мужчина тебя не везет.

— А разве ты не мужчина?

— Но ведь не твой? — искренне удивился оперативник.

— Все вы такие: сразу в кусты, — засмеялась она оригинальным смехом, в котором слышался легкий посвист.

Она что, женщина без комплексов? Или прикольная — почему бы не познакомиться со случайным попутчиком? Ему оставалось лишь поддержать этот свободный разговор.

— Почему же в кусты… Как тебя звать?

— Допустим, Антонина.

— А я, допустим, Игорь, — не стал он таиться по пустяку.