— Хотелось бы.

— А зачем? Так тебе больше к лицу. На героя похож, — сказала Светлана.

— Поздравляю. Нашла достойный объект для иронии, — проворчал Никита.

Обе машины — «скорая» и автозак — уехали. Толпа рассеялась, и снова стало пустынно и тихо.

— Насколько я понимаю, я был у вас все утро под колпаком, — сказал Никита.

— И не только утро, — сказала Светлана. — Сережка приставил к тебе Петро после твоего вояжа на Болтовское шоссе.

— Ты и об этом знаешь?

— А как же. Я работаю в управе и должна все знать, — улыбнулась Светлана. — И к тому же я твоя невеста.

— Значит, у меня все это время был телохранитель. Не знал, что я такая важная шишка. — Никита невольно провел рукой по затылку. — Одновременно был подсадной уткой. Вдруг убийца клюнет.

На лавочке промолчали. Никита повернулся к Светлане.

— А как ты узнала про эту встречу?

— Мне позвонила Настя и обо всем рассказала.

— Ох Настя, Настя…

— Молодец она! Сразу заподозрила неладное и мне сообщила.

— Остальное было делом техники, — сказал Сергей.

— А вот над техникой вам надо поработать, — проворчал Никита. — По твоим же словам, опоздай Петро на полминуты, и неизвестно, чем бы все кончилось.

— Ну это ты скажешь ему, своему спасителю.

— Да, скажу ему: Петро, ты будешь у нас на свадьбе почетным гостем.

22

Близких родственников у Светланы с Никитой не было, и на свадьбу пришли только близкие друзья. Все прекрасно знали друг друга, и никому не пришлось знакомиться.

Светлана поразила всех кулинарным искусством, обилием закусок и жарким.

За алкогольную часть программы отвечал Никита.

Он тоже не подкачал.

А днем раньше он появился с шампанским и двумя тортами в редакции «Вестника».

— Ты у нас герой, оказывается. Не знал, не знал, — сказал Горыныч и постарался изобразить на лице улыбку. Она получилась кривой. — О тебе весь город говорит.

Это было явное преувеличение. «Скорее всего продиктованное завистью», — подумал Никита.

— Где уж тебе вести скромную колонку происшествий в нашем скромном издании, — продолжил главред.

Никита промолчал.

— Теперь этим займется Настя, — сказал он и усмехнулся. — Если ты не против, конечно.

— Я рад за Настеньку.

Никита пошел к двери и на полпути остановился.

— Приглашаю вас на торт с шампанским. В общую комнату. По случаю моего предстоящего бракосочетания.

— К сожалению, я не смогу присутствовать при этом столь замечательном событии, — сказал Горыныч и с ходу придумал: — У меня важная деловая встреча. Надо к ней подготовиться.

Об аресте архивариуса знали — если не весь город, то по крайней мере читатели «Вестника» — благодаря пространной статье, написанной замечательной Настенькой, и сарафанному радио, без которого не обходится ни одно сколько-нибудь значительное событие.

Настенька не пожалела красок, описывая роль Никиты, незаурядного журналиста их газеты, в задержании матерого преступника. Расставание с сотрудниками прошло без Горыныча в теплой атмосфере, окрашенной ностальгическими нотками.

Никиту любили в редакции. Ему на память подарили большую хрустальную вазу. А как выпили шампанского, так сразу принялись вспоминать разнос, устроенный Горынычем за головотяпство. То есть за публикацию обращения, написанного Никитой.

Это казалось смешным и забавным по прошествии нескольких дней, а тогда Настеньку спасло то, что в ее должности понижать ее было некуда. Лидия Ивановна прикрылась больничным листом, а внештатного Никиту, к сожалению Горыныча, уволить было невозможно, и он компенсировал это обстоятельство письменным приказом, запрещающим печатание любого материала, исходящего от него.

— А рекламировать этому голодранцу нечего! — гремел он на весь кабинет среди притихших сотрудников.

В тот день его успокоили валидолом.

Ближе к полуночи из гостей остались только Сергей и Петро. Жена Сергея после первого тоста в честь молодоженов убежала к малышу. С ним посидеть согласилась соседка, но ненадолго.

Общими усилиями они убрали все лишнее, и на столе остались коньяк для мужчин и десертное для Светланы. Чуть поодаль лежали остатки огромного свадебного торта.

Сергей повернулся к Никите.

— А теперь настало время для сюрприза.

— Ну-ка, ну-ка… — оживилась Светлана.

— Любопытно, — насторожился Никита.