— Теперь за проверку участков.

— Удаляюсь, Иван Дмитрич. — И добавил с хитрецой — А у вас есть соображения, с какого участка начать?

— С Московского, — пробормотал Путилин и углубился в чтение. — Я тебя больше нс задерживаю.

Дверь неслышно закрылась.

— Здравствуйте, господа! Чем могу быть полезен? — встретил вошедших дежурный.

— Помощник начальника сыскной полиции Михаил Жуков с агентами, — представился вошедший молодой человек в цивильном платье. — Имею неотложное дело к господину Рейзину.

Пристава 1-го участка Московской части не оказалось на месте. Спустя несколько минут дежурный хорошо поставленным голосом доложил:

— Старший помощник пристава его благородие капитан Сакс может вас принять.

Жуков кивнул и прошел в дверь. За столом он увидел седовласого господина с густыми бакенбардами, переходящими в пушистые усы. Он поднялся из-за стола и произнес:

— Прошу, присаживайтесь. Чем обязан визиту представителей сыскной полиции?

— У нас сугубо конфиденциальное дело к вашему благородию. Мне поручено господином Путилиным разыскать на вашем участке одного человека.

— Если он проживает на подчиненной территории, то я думаю, что сумею помочь. Итак, кто сия персона, которой интересуется столь уважаемый Иван Дмитриевич?

— Мы разыскиваем мужчину возрастом от тридцати до сорока, роста среднего, он без усов и бороды.

— Но такой облик у половины мужчин, проживающих у нас.

— Его фамилия Хлестаков.

— Хлестаков? — переспросил помощник пристава. — Я распоряжусь проверить книги учета.

— Ваше благородие, — застенчиво улыбнулся Михаил, — мне хотелось бы, чтобы о нашем интересе знали только мы. Не могли бы мы сами просмотреть их?

— Да-да, я понимаю, секретность прежде всего. Я при кажу дежурному предоставить вам комнату и документы.

Как ни велика столица, а персон, представляющих интерес, оказалось не слишком много. Хлестаковых на вверенном приставу участке оказалось трое: один — глубокий старик, другой студент, а вот третий вроде бы и подходил, но не совсем.

Второй участок удивил отсутствием каких бы то ни было Хлестаковых. Осталась надежда на третий участок, которым командовал старый знакомец, коллежский советник Иордан. Выявился еще один подходящий мужчина.

Жуков почесал затылок: впереди его ждала июньская жара и тридцать пять участков, которые необходимо было не только посетить, но и перелистать множество рукописных журналов. Хорошо, что введен единый образец, иначе… Не хотелось думать о плохом. Но настроение все равно портилось, подобно петербургской погоде, которая меняется от золотистого солнца до мрачной свинцовости.

К концу дня Михаил изрядно устал. В глазах рябило от обилия разнообразных почерков и фамилий, но природное упорство помогало двигаться к заветной цели. Тридцать семь приставов остались позади, каждый со своим отношением: кто с улыбкой понимания, а кто и с гримасой равнодушия.

Заветная книжица заполнена именами подозреваемых. Чудно: ты вполне добропорядочный господин, живешь, ничего дурного не совершая, ан нет — благодаря случайному совпадению фамилии и возраста становишься кандидатом в злодеи.

Теперь на Офицерскую, к Ивану Дмитричу, он-то своим опытным взглядом укажет, кто из списка наш разыскиваемый. Уж очень хочется посмотреть на него. И чтобы он обязательно в железных браслетиках был, тогда поубавится гонору у любителя приключений.

Размышления прервал извозчик:

— Барин, приехали, сыскное.

Кабинет Путилина был пуст; на столе одиноко возвышался стакан в серебряном подстаканнике с торчащей из него ложкой.

«Опять остыл, — промелькнуло в голове у Жукова. — Всегда так бывает: только нальешь горячего чая, как кто-нибудь врывается с нежданной новостью, и прощай удовольствие!»

Присев на стул, Миша закинул ногу на ногу и открыл потрепанную от частого использования книжицу на нужной странице.

— Ну-ка, что там у нас? Да, негусто.

Под красиво выведенными номерами значились четверо Хлестаковых. Никогда бы не пришло в голову, что в таком большом городе всего четверо мужчин подходят под описание.

— Что там шепчешь? — раздался от двери голос Путилина.

— Да вот я тут… — стремительно вскочил Михаил. Злополучный стакан с грохотом покатился по столу, оставляя за собой светло-коричневый след.

Хозяин кабинета сел в кресло.

— Не спеши, я слушаю.

— Прошу извинить, Иван Дмитрич. — Помощник виновато глянул на лужицу.