Если все пойдет наперекосяк, Аарон встанет между горняками и угрозой, штурмовики расстреляют всё, что пройдет мимо него, а Лондон схватит меня, окутает нас обоих силовым полем и вытащит меня за пределы врат, чтобы я могла сообщить о катастрофе в КМО. Из всех присутствующих я была наименее расходуемым материалом с точки зрения правительства.

Легче от этого не становилось.

Туман клубился в дыре, посылая в мою сторону щупальца страха. Я с трудом подавила желание обхватить себя руками.

Двадцать дней отпуска для восстановления сил. Который давно пора было взять. Возможно, в этом была часть проблемы.

Базовое жилищное пособие.

Помощь в оплате обучения ребенка.

Помощью в оплате обучения занималась крупная организация. Она помогла мне оплатить обучение в Академии Хино. Дела шли туго, но я ещё ни разу не просрочила платёж. В школе была отличная академическая программа, но я выбрала её из-за подземного убежища. Если врата прорвут, и на город нахлынет поток монстров, Тия и Ной будут в безопасности, пока военные и гильдии не дадут отпор. Конкуренция за место в школе была жёсткой, но, поскольку я была из КМО, к детям относились по-особому, как и к детям членов гильдии. Тот факт, что Хино была школой, которую выбирали дети Талантов, положительно сказывался на престиже академии.

— Ада, Лондон снова на тебя поглядывает, — сказала Мелисса.

Рядом со мной тихо хихикнула Стелла, протеже Мелиссы с детским личиком. Ей было двадцать, и флирт всё ещё приводил её в восторг.

Большая немецкая овчарка, сидевшая у ног Стеллы, тяжело дышала, словно смеялась. Мишка происходила из прославленного рода полицейских собак с героическим прошлым. У неё была типичная для немецких овчарок масть, большие карие глаза, огромные уши, и гладить её было нельзя. Я уже спрашивала, и мне отказали. Мишка была на работе, как и все мы. Ласки отвлекли бы её.

— Приготовься, он идёт сюда, — пробормотала Мелисса.

Я обернулась. Лондон направлялся прямо к нам. Его настоящее имя было Алекс Райт, он был родом из Ливерпуля, но все равно все звали его Лондоном. Люди с боевыми талантами не особо подвержены старению, и в свои сорок пять Лондон был все еще в расцвете сил: высокий, широкоплечий, с голубыми глазами, волнистыми каштановыми волосами и непринужденной улыбкой. Его работа заключалась в том, чтобы обеспечивать безопасность шахтеров и меня, и, поскольку он был моей официальной нянькой, мы с ним проводили много времени в непосредственной близости друг от друга. Тем не менее, в последнее время он уделял мне слишком много внимания.

Лондон подошёл к нам.

— Всё в порядке?

— Всё было хорошо, пока ты не явился, не запылился, — сказала Мелисса.

Он ухмыльнулся.

— Не запылился, а проявляю должную осмотрительность.

Обычно они весело перебрасывались фразами. Это помогало расслабиться. Я работала с гильдиями по всей восточной части США. В некоторых шахтёрских бригадах напряжение было таким сильным, что его можно было разрезать ножом и сделать из него сэндвич. В «Холодном хаосе» было легко и радостно.

Их пререкания были забавными, но на самом деле Лондон был главным. Мелисса отдавала приказы шахтёрам, но в случае опасности Лондон имел власть над всеми, включая меня. Ослушаться его приказа означало подвергнуть опасности всю команду, и это было недопустимо. Если у Лондона вдруг возникнет плохое предчувствие, он сможет остановить всю операцию и вывести всех наружу, и Мелисса не смеет ему возразить.

— Вы о нас беспокоитесь, капитан сопровождения? — Стелла наклонила голову, и её тёмные вьющиеся волосы упали набок.

— Беспокоиться — это моя работа, Майлз. Ты занимаешься спринтом? — спросил Лондон.

— Да, — ответила Стелла. — Пятнадцать секунд на бросок.

Сто метров за пятнадцать секунд — это чертовски впечатляюще. Хорошо быть молодой. Боже, я была вдвое старше её. Как, чёрт возьми, это вообще произошло? Всего несколько лет назад мне было двадцать, верно?

— Недурно, — сказал Лондон.

— Я могу обогнать их обеих, — заявила Стелла, кивнув в сторону меня и Мелиссы.

— Скажи это мне, когда протолкнешь трех человеческих существ через свои бедра и поправишься на 18 килограммов из-за стресса, связанного с поддержанием их жизни, — сказала ей Мелисса.

Лондон повернулся ко мне.

— Где ты бегаешь, Ада?

Зачем ты это делаешь? Ты же знаешь, что из этого ничего не выйдет.

— В Гейт-парке.

Все государственные служащие, проходящие через врата, бегали — не ради дистанции или выносливости, а чтобы выжить. 100-метровый спринт, круг по дорожке, разминка и повторение в течение часа, затем домой и ибупрофен от боли в коленях. Три раза в неделю. Лучше бы пять, но обычно мне достаточно было и трех. В КМО каждые полгода проводились обязательные тесты на физическую готовность, чтобы поддерживать нас в форме. Когда мирный житель сталкивался с угрозой в виде разлома, лучшим, а зачастую и единственным способом остаться в живых, было бежать.