— Нет. Они не выполнили свои миссии, поэтому им не рады в моем королевстве. Всё просто.

Вау, вот же мудак.

Краем глаза я заметил, как у Хола дернулась челюсть, и мне стало интересно, о чем, черт возьми, он думает.

— Где мать девчонки, Хол?

— Я не знаю. Подозреваю, она скоро появится в доме Сэйдж, как только поймет, что та пропала. А что?

— Ты знаешь что, — отец прищурился, бросая вызов.

Мои глаза расширились.

— Ты хочешь притащить её сюда? Зачем? Трахнуть её? Посмотреть, сможешь ли ты сам заделать ей ребенка?

— Не изображай такое возмущение, сынок. Я бы сделал всё для своего народа. Она уже однажды вынашивала демоническое отродье, я не сомневаюсь, что она сможет сделать это снова. Будет оно моим или нет — мне на самом деле насрать.

— Я буду присматривать за тем районом, чтобы узнать, когда она вернется. Мне насрать, что ты с ней сделаешь, — прорычал Хол, из его головы вырвались рога.

Стук в дверь прервал разговор.

— Что? — рявкнул мой отец, и дверь приоткрылась, и один из его маленьких мальчиков на побегушках вошел, чтобы прошептать что-то ему на ухо, и я наблюдал, как на его лице расползается злая улыбка, пока он слушал.

— Спасибо, Найджел. Джентльмены, вы уж извините меня. У меня есть дела поважнее, чем сидеть здесь с вами обоими. Не опаздывайте к ужину, — прорычал он, когда мы встали и направились к выходу, захлопнув за собой дверь.

Хол шел рядом со мной по замку, и я заметил, как у некоторых слуг глаза лезли на лоб, когда они видели его. Все знали, кто такой Хол, и понимали, если он вернулся, это может означать только одно — его миссия увенчалась успехом.

— Король… изменился.

Я фыркнул.

— Да уж.

— Как думаешь, он в стабильном состоянии? Чтобы править? — тихо спросил Хол. Может, он и был крутым парнем, но даже задавать такой вопрос было государственной изменой.

— Он уже очень давно, блядь, не в стабильном состоянии, Хол. Я пытался тебе сказать, но это действительно не осознаешь в полной мере, пока не увидишь своими глазами. И теперь ты увидел. Всё, что он делает, — это пьет, трахается и спит. О, и убивает людей. Тех, кто якобы в чем-то перед ним провинился. — Я пожал плечами, наши шаги гулко отдавались от каменной плитки, пока мы приближались к моему дому.

— Она… она хочет меня видеть?

Ему не нужно было называть её имя, мы оба знали, о ком он говорит.

— Я не уверен. На днях она перекинулась. Полностью, полноценная манифестация. — Я улыбнулся, когда его лицо озарилось радостью.

Хол сцепил руки перед собой, и было странно видеть его таким неуверенным. Уязвимым.

— С ней всё в порядке? — тихо спросил он.

— Она далеко не в порядке, мужик. Ты подошел ко всему этому наихудшим из возможных способов. Она скучает по ним всем. По своему дому, своей лавке. По Бетти.

— Блядь, я знаю. Я ужасен в этом. Всё, о чем я мог думать, — это вернуться сюда, вернуться домой. Это было эгоистично. Я так ей и скажу. Я никогда не думал, что у меня будет шанс стать отцом, а теперь, когда она выросла и на самом деле во мне не нуждается, я не знаю, как это делать, — признался он, и я сочувствовал ему. Но я сочувствовал и ей тоже.

— Дай мне зайти и узнать, захочет ли она поговорить? Но ничего не обещаю.

Он кивнул, и я скользнул в дверь.

— Голди? Ты где? Мне нужно с тобой кое о чем поговорить, — позвал я. Мой взгляд заметался по комнате, но нигде её не находил.

Мое сердцебиение участилось, и я уже собирался прореветь её имя, когда хихиканье заставило меня медленно обернуться, но её там не было.

— Клянусь, принцесса, тебе лучше выйти оттуда, где ты прячешься. Как бы мне ни хотелось поохотиться на тебя, здесь… уф! — Весь воздух разом вышел из моих легких, когда я рухнул на пол.

— Попался! — рассмеялась Голди, перекатываясь на спину. Приподнявшись на руках, я свирепо посмотрел на неё. Крылья расправлены, волосы разметались по темному дереву пола. — Я парила вон там, в углу, — выдохнула она, пытаясь отдышаться от смеха.

— Хмм. Что ж, похоже, мне придется быть более бдительным, если ты хочешь играть в такие игры. Но ты понятия не имеешь, что начала, прекрасная принцесса. Я люблю игры, и в конце всегда выигрываю, — прорычал я, и самодовольство разлилось по моим костям, когда её щеки вспыхнули, и она сжала свои аппетитные бедра.

— О чем ты хотел поговорить? — Она сменила тему, но сейчас это, пожалуй, было к лучшему.

Вскочив, я протянул ей руку и помог подняться.

— Хол ждет снаружи. Он хотел узнать, может ли он зайти и немного побыть с нами. Сегодня в шесть у нас званый ужин, так что это ненадолго, — добавил я, надеясь немного унять её тревогу, дав понять, что это не затянется на часы. Её глаза расширились, и она медленно кивнула, заламывая руки.