Не то чтобы я так уж любила этот дом. С тех пор как одну из моих ближайших подруг убили здесь, кажется, будто витает тёмное присутствие. И я всё ещё постоянно думаю о ней. Возможно, я достаточно продвинулась, чтобы снова начать ходить на свидания, но я не забуду Бонни. Никогда.

Надеюсь, Джейк найдёт того монстра, который убил её. Я не смогу полностью расслабиться, пока он этого не сделает.

Когда мы попадаем в мою квартиру, я направляюсь прямо на кухню за бутылкой текилы. Мне кажется, это как раз то, что алкоголь может исправить. Том следует за мной на кухню, его лоб глубоко нахмурен.

– Сидни, – говорит он.

Я беру один из лаймов из холодильника. Беру нож и начинаю нарезать его дольками.

– Наши напитки будут готовы через две минуты.

– Я… думаю, я пас. – Он кладёт руку на кухонную стойку, его пальцы одержимо отстукивают по мрамору. – Только что вспомнил, что у меня завтра утром раннее совещание.

– Совещание с мёртвыми телами?

Он бросает на меня взгляд.

– Нет, это собрание персонала.

Он так врёт. Собрание персонала? Серьёзно? Почему час назад не было никакого собрания? В любом случае, я никогда не встречала парня, который не был бы готов променять сон на секс. Нет, он хочет убраться отсюда.

Но почему? Почему он так внезапно запаниковал? Что я сделала не так?

Так или иначе, у меня чувство, что, когда Том покинет эту квартиру, я больше никогда его не увижу.

Я так раздражена, что нож соскальзывает. Лезвие задевает мой левый указательный палец, который держит лайм, и, поскольку это я, под пальцем мгновенно образуется лужица крови.

– Чёрт! – восклицаю я. Отлично – этот вечер становится всё лучше и лучше.

– Господи, – выдыхает Том. – Ты действительно сильно порезалась.

Мне приходит в голову, что в трёх из четырёх случаев, когда я встречалась с Томом, у меня было значительное кровотечение. Если он и не стремился уйти раньше, это определённо должно сработать.

Хорошая работа, Сид.

Но когда я поднимаю на него взгляд, часть цвета вернулась на его щёки. Он совсем не выглядит обеспокоенным тем, что у меня снова сильное кровотечение. Но, полагаю, он же врач. Он даже знал, что такое Болезнь фон Виллебранда, прежде чем я ему рассказала.

– Где твоя аптечка первой помощи? – спрашивает он меня.

– На верхней полке в ванной.

Том бросается в ванную и через несколько секунд возвращается с аптечкой. Тем временем я пытаюсь остановить кровотечение с помощью бумажных полотенец. Это на удивление неэффективно. Такой порез сильно кровоточит даже у обычного человека, а у такого, как я, это просто ужасающее количество крови. Как в дешёвых фильмах ужасов.

– Ого. – Том заглядывает в мою аптечку. – У тебя тут всё есть.

– Эм, спасибо.

– Это первоклассная аптечка. – Он перебирает содержимое с растущим возбуждением. – Пинцет, ножницы, холодный компресс. У тебя даже есть жгут!

– Думаешь, мне нужен жгут?

– Нет. – Он ухмыляется мне, его плечи наконец снова расслаблены. – Я просто говорю, это действительно первоклассная аптечка. А теперь дай мне обработать рану.

По моему личному опыту, большинство людей испытывают как минимум лёгкую брезгливость, когда дело доходит до количества крови, которое из меня вытекает. Однажды я порезала палец перед Гретхен, и она выбежала из комнаты, прикрывая рот рукой. Но Том не брезглив. Совсем. Он использует немного марли, чтобы прижать мою рану, и когда кровь немного останавливается, он накладывает действительно очень эффективную повязку на мой левый указательный палец. Обычно мне приходится менять первую повязку примерно через пять минут после наложения, но эта может продержаться до следующего утра.

– Спасибо, – говорю я, восхищаясь его работой. – Полезно встречаться с врачом.

Жаль, что мы больше никогда не увидимся. Это оправдание с совещанием – такая чушь.

Но, странным образом, Том, кажется, полностью забыл о своей встрече, и помощь с порезом на моём пальце, похоже, успокоила его. Он стоит рядом со мной на кухне, прислонившись к стойке, на губах играет улыбка.

– Рад быть полезным.

Я поднимаю взгляд на его карие глаза, и снова они наполнены желанием, после того как я думала, что оно исчезло на улице перед моим домом. Он держит мой взгляд, а затем опускает губы на мои.

После поцелуя, который практически расплавляет мои кости, Том бормочет мне на ухо:

– Хочешь пойти в спальню?

– А как же твоя встреча?

– Сон переоценён.

– А как же наша текила?

– Всё, чего я хочу, – шепчет он мне на ухо, – это ты.

Что ж, тогда ладно.

Глава 33

Том.

До…

На следующее утро мне кажется, что всё это было страшным сном.