Оно не отстирывается. Каким—то образом пятно уже въелось. Безупречный белый кашемировый свитер испорчен.

— Триша? Итан заглядывает в ванную. — Что ты делаешь?

— На этом свитере пятно. Я пытаюсь его отстирать.

— Зачем? Вряд ли она снова его наденет.

Что ж, он прав. Но я продолжаю оттирать пятно, надеясь, что оно исчезнет. Через минуту Итан заходит в ванную, чтобы присоединиться ко мне. Он подходит сзади и обнимает меня за талию. Он опускает голову и целует меня в шею. Раз, два... затем его губы задерживаются на моих.

— Итан, — шепчу я.

— Да ладно тебе, Триша. Нам обоим нужно как—то отвлечься от всего, что только что произошло.

Что ж.

Это правда.

Глава 53

Я просыпаюсь в два часа ночи и обнаруживаю, что в спальне я одна.

На мгновение я полностью потеряла ориентацию. Забыла, где нахожусь. Я забыла, что нахожусь в доме Адриенны Хейл, а не у себя дома. Что я пришла сюда, чтобы избавиться от тела Эдварда Джеймисона, и не только не справилась с этой задачей, но и привела в её кабинет связанного мужчину.

Что за бардак. Мне серьёзно нужна помощь.

Я щурюсь, оглядывая спальню, пока глаза привыкают к темноте. Итана нет в постели, и я не вижу его больше нигде в комнате. Его нет и в ванной. Куда он делся?

Может, он не мог уснуть. Может, он встал ночью и решил поработать за ноутбуком. В этом есть смысл.

Однако я даже не догадываюсь, где он может быть.

Я хватаю красный халат доктора Хейл и накидываю его на себя. Затем я надеваю её пушистые тапочки. Удивительно, как легко мне вдруг стало пользоваться её вещами. Хорошо, что её одежда моего размера, хотя она была худее меня. Эта женщина была практически скелетом, хотя и обладала определённой суровой красотой.

Когда я выхожу в коридор, там темно, но мои глаза уже привыкли к темноте, поэтому я не включаю свет. Я слышу, как внизу кто—то ходит, но не похоже, что происходит что—то плохое. Не похоже, что Люк освободился и напал на моего мужа.

Я спускаюсь по лестнице так тихо, как только могу. Когда я спускаюсь, Итан сидит на корточках перед камином. Совсем один. Он что—то теребит в руках, и я не сразу понимаю, что он пытается зажечь спичку.

Портрет Адриенны Хейл по—прежнему стоит возле стены рядом с камином, её зелёные глаза устремлены в стену. Портрет был идеей моей матери. Я считала это совершенно нелепым — кому нужен гигантский портрет самого себя? Но доктору Хейл он понравился. Она сразу же повесила его прямо над каминной полкой. Конечно, она так и сделала. Она была настолько самовлюблённой.

Надеюсь, мне больше никогда не придётся на него смотреть.

Виднеется маленький огонек, и через мгновение весь камин озаряется огнём. Итан встаёт и вытирает руки о джинсы. По его позе я понимаю, что он доволен своей работой. Интересно, как долго он пытался разжечь огонь.

Я стою в тени и не показываю, что наблюдаю за ним. Но я всё вижу. Я вижу, как он берёт какой—то предмет с кофейного столика и бросает его в огонь. Затем ещё один. И ещё.

Закончив, он встаёт перед камином и смотрит. Убеждается, что огонь горит.

— Итан, — говорю я.

Он отходит от камина, яростно моргая. При виде меня у него открывается рот.

— Триша, — выдавливает он.

Я обхожу диван и подхожу к нему. — Что ты делаешь?

— Я…

Он с тревогой смотрит на камин. Предметы, которые он бросил в огонь, ещё не до конца сгорели, так что я могу разглядеть, что это. Но мне не нужно смотреть. Я уже знаю, что он сжёг в камине.

Это кассеты. Несколько десятков кассет. На всех красуются инициалы «Г. В.».

Г. В. была пациентом доктора Хейл в течение нескольких лет. Она страдала параноидальными бредовыми идеями о том, что кто—то пытается её убить, в том числе её собственный сын.

Г. У. Гейл Уайли.

Мать Итана.

— Я просто… — На лбу Итана выступают капли пота, пока он пытается придумать ложь. — Я просто думаю, что некоторые из этих записей…

Он не знает, что я в курсе. Что я всегда знала. Я несколько раз сталкивалась с Гейл в доме, когда уходила с приёма, а она приходила на свой. Она не только параноик, но и болтушка. Она рассказала мне о своих опасениях, что несколько человек в её жизни хотят её убить, в том числе её сын Итан. «Доктор Хейл говорит, что я параноик, но у него проблемы с деньгами — ему бы пригодилась крупная страховая выплата. И он меня ненавидит. Я знаю, что ненавидит».

Я отшутилась, особенно когда увидела, как красавчик Итан подвозит Гейл на одну из её встреч. Такой красавчик не может быть плохим человеком. И как мило с его стороны подвозить мать на сеансы терапии. Конечно, он не знал, о чём она говорит с терапевтом, и уж точно не знал, что сеансы записываются.

Но через пару месяцев после исчезновения доктора Хейл моя мать, которая вращалась в тех же кругах, что и Гейл, рассказала мне сплетни о её безвременной кончине. Она упала с лестницы и сломала шею после того, как выпила лишнего. Её сын Итан получил крупную страховую выплату, чтобы справиться с последствиями своего первого неудачного стартапа и не только.