– Дом остается мне.

Нейт стискивает зубы.

– Ладно. Забирай дом.

– И еще, – добавляю я, – ты должен немедленно прекратить отношения с Адди. Прямо сегодня или завтра. Ты должен мягко дать ей понять, но очень ясно, что больше никогда ее не увидишь. Это должно случиться сейчас. Не жди понедельника в школе.

Он должен был это предвидеть.

– Ладно, – говорит он. – Это все?

У меня есть последнее требование, которое я придумала после разговора с Джеем. Это будет для него самым сложным, но это не обсуждается.

– Ты должен уволиться из школы Касхэм, – говорю я. – Ты больше никогда не сможешь работать с детьми.

Нейт задерживает дыхание.

– Что? Ты не можешь говорить серьезно. Это моя работа, Ева.

– Ты все еще можешь преподавать. Можешь преподавать для взрослых. Но не детям. Никогда.

– Ева, да ладно, – выдавливает он. – Я не могу на это согласиться. Все остальное – ладно. Но я не откажусь от преподавания в старшей школе.

– Хорошо. Тогда мы пойдем к директору, и пусть она решает.

Нейт проходит мимо меня к дивану и падает на подушки. Он наклоняется вперед и вдавливает кончики пальцев в виски.

– Пожалуйста, не делай этого. Будь разумной. Ты должна быть разумной.

– Это максимально разумно. Вообще–то, тебе место в тюрьме.

– Ей шестнадцать. В Массачусетсе это совершеннолетие.

– Да, уверена, ты именно так о ней и думаешь. Как о взрослой. – Я качаю головой в отвращении. – Тебе нужно решать. Если ты не уволишься, я пойду к директору.

Он поднимает лицо, чтобы посмотреть на меня.

– И ты уверена, что она тебе поверит?

– Почему бы ей не поверить?

Он встает с дивана и фыркает.

– Все в школе знают, что ты полная развалина, Ева. Тебе не особо доверяют.

– Прости? Что это значит?

– Для начала, ты пьяна в шесть вечера. – Он загибает пальцы. – Кроме того, ты скупаешь обувь. Это просто безумие. Если бы кто–то заглянул в наш шкаф, тебя бы упекли в психушку.

Мое лицо горит. Как выяснилось, он решил играть грязно. Не стоило ожидать меньшего. – У меня в шкафу всего около дюжины пар. У многих женщин столько обуви.

– Хм, думаешь, я не знаю про всю обувь, которую ты прячешь в том огромном чемодане?

Я не думала, что он знает про те туфли. Но логично, что знает. Представляю, как он однажды залез в шкаф, ища чемодан для поездки, и обнаружил мой тайник. Мысль о том, что он знает мой секрет, жжет меня стыдом, но это ничего не меняет.

– Серьезно, – говорит он, – твое слово против моего. Ну, моего и Адди. Она никогда ни в чем не признается.

– Ладно, ну... – Я пожимаю плечом. – Хорошо, что я сделала фото, как вы целуетесь.

Что бы я отдала за фото лица Нейта, когда я выдала эту новость. Вся краска сходит с его лица, и все тело будто обмякает. Да, у меня есть фото, как он целует свою шестнадцатилетнюю ученицу. У него нет надо мной власти.

– Ладно, – рычит он себе под нос. – Ты выиграла, Ева. Я уволюсь.

С этими удовлетворяющими словами он отворачивается от меня и топает наверх. Понятия не имею, куда он идет, так что я следую за ним, перепрыгивая через ступеньку. Я нахожу его в спальне. Он вытащил из шкафа спортивную сумку и беспорядочно кидает в нее одежду.

– Что ты делаешь? – говорю я.

– Собираю вещи. – Он смотрит на меня, будто я полная дура. – Ты же меня выгоняешь, да? Мне разрешено взять с собой одежду, или я могу оставить только то, что на мне?

– Можешь собирать.

– Очень щедро с твоей стороны. – Нейт роется в ящике комода и хватает свою любимую толстовку с капюшоном – ту, с дырой в кармане – и кидает в сумку. – Знаешь, я всегда был к тебе добр. Я никогда не выходил из себя. Я никогда не жаловался, когда ты покупала миллиард пар обуви. – Он пинает чемодан со всей моей спрятанной обувью. – Я приходил домой каждый вечер. Чего тебе еще было от меня нужно?

Он смотрит на меня, и я понимаю, что это не риторический вопрос. Он правда считает, что всего этого было достаточно, чтобы быть хорошим мужем. Что можно просто отметить все галочки, и это нормально, даже если ты не любишь свою жену. Даже если изменяешь ей с маленькой девочкой.

Бесполезно пытаться объяснить ему, почему то, что он сделал, так неправильно. Вместо этого я спускаюсь вниз и даю ему спокойно собраться. После сегодняшнего дня он больше никогда не будет моей проблемой.

Глава 51.