Он с Адди Северсон.

Я поднимаю руку, чтобы постучать в дверь, но что–то меня останавливает. Я делаю шаг назад, слегка пригибаясь, чтобы остаться незамеченной. Если бы Нейт посмотрел внимательно, он бы меня увидел. Но не мельком.

Нейт и Адди о чем–то увлеченно беседуют. Не знаю, о чем они говорят, но похоже, она плачет. Что он ей говорит, отчего она плачет? Хотя, с другой стороны, чтобы заставить подростка рыдать, много не надо. Отобрать телефон – обычно срабатывает, судя по моему опыту.

А затем Нейт протягивает руку и берет ее за руку.

Ладно, это еще не обязательно подозрительно. Она плачет, он ее утешает. Конечно, не самый уместный способ утешать ученицу, но не худшее, что я видела. Хотя он не похлопывает ее по руке. Скорее, держит ее. Прошло как минимум шестьдесят секунд, а его рука все еще касается ее. Почему его рука все еще касается ее? Это уже переходит границы дозволенного.

Но затем происходит кое–что, заставляющее меня забыть о держании за руки. Кое–что, рядом с чем держание за руки кажется... ну, просто держанием за руки. Кое–что, от чего меня тошнит теми листьями салата, которые мне удалось проглотить.

Он целует ее.

Нет, он не просто целует ее. Похоже, он пытается понять, каков на вкус ее обед. Этот поцелуй... Это не первый поцелуй. Это поцелуй двух людей, которые целовались много раз до этого и, вероятно, делали много других вещей.

И теперь все встает на свои места.

Я понимаю, почему Адди меня так ненавидит. Я понимаю, почему она пряталась в кустах у моего дома. Я понимаю, почему каждый раз, когда я пытаюсь рассказать Нейту о том, что она сделала, он ее защищает. Я понимаю, почему у моего мужа нет никакого интереса к сексу со мной, кроме случаев, когда ему нужно, чтобы я что–то сделала для нее.

Этот ублюдок изменяет мне. С ней.

Глава 48.

Ева

Не знаю, была ли я когда–нибудь так зла в своей жизни.

Часть меня хочет ворваться в класс и застукать их на месте перед учениками и учителями, которые скоро начнут выходить из классов. В конце концов, он это заслужил. Я представляю шок на его лице, сменяющийся унижением, когда все узнают, что он натворил.

Но я не делаю этого.

Я понимаю, что, если я застукаю Нейта сейчас, здесь, я разрушу три жизни: его, мою и Адди. Он заслуживает, чтобы его жизнь была разрушена, но я – нет. Если я устрою сцену и разоблачу его таким образом, я никогда не смогу продолжать работать в школе. Это будет слишком унизительно. И его позор запятнает и меня.

Что касается Адди, правда в том, что она тоже не заслуживает этого. Что бы я ни говорила о ней, ей всего шестнадцать. Она ребенок. Это не ее вина, что она влюбилась в своего красивого учителя английского. Предотвратить это было обязанностью Нейта.

Вот почему я не разоблачаю их перед всеми. Но я делаю одну вещь: фотографирую.

Возраст согласия в штате – шестнадцать. Так что Нейт не сядет в тюрьму. Это не растление. Но его карьере учителя конец. Мой муж будет опозорен, и все об этом узнают.

Моя жизнь, какой я ее знала, кончена.

Я в оцепенении иду обратно в свой класс. Не знаю, как я буду вести урок математики через пять минут. Придется дать детям несколько заданий и заставить их работать над ними большую часть урока. Все мои планы уроков коту под хвост.

Я добираюсь до двери своего класса как раз вовремя, чтобы столкнуться с Адди Северсон. На ее губах играет легкая улыбка – недавно искусанная от поцелуев с моим мужем – но она исчезает с ее лица, когда Адди видит меня. Она не хочет быть в этом классе так же, как я не хочу, чтобы она здесь была. Она опускает голову и тихо идет к своему месту, бросая сумку на пол.

Я должна снова напомнить себе, что это не ее вина. Нейт воспользовался ее уязвимостью. Я достаточно долго проработала учителем, чтобы знать: некоторые девочки более внушаемы, чем другие. Некоторые более склонны поддаваться влюбленности в любимого учителя.

Это не ее вина. Не ее.

– Достаньте учебники, мы будем решать задачи на странице сто тридцать семь, – говорю я классу.

Я задаю слишком много задач, зная, что они будут решать их до звонка. Есть другие учителя математики, которые делают это с пугающей частотой, но я никогда раньше не прибегала к такой тактике – я в отчаянии. Падаю за свой стол, и первым делом достаю телефон. После короткого колебания я отправляю сообщение Джею:

Ева: Мне нужно увидеть тебя сегодня вечером.