Шрифт:
Проходим в гостиную. Тут накрыт стол, горит камин. Макара пока не видно.
Глава 3
Все-таки помню…
Макар
— Всё, Дамир! Всё. Я правда опаздываю! — смеюсь, в который раз пожимая другу руку.
Мы никак не можем распрощаться и уже с полчаса стоим возле отцовской тачки. А ведь он просто вышел меня проводить.
— В общем, мальчишник через неделю, — напоминает мне Мир. — Надеюсь, Тим тоже приедет, но это неточно.
— На свадьбе-то они будут?
— Обещали.
У нас большая футбольная семья. Наш капитан (хоть и бывший) Тимофей женат на Рике. Ещё Кир, Лёха, Васька… Всех нас разбросало, кого куда. И по разным командам, и по разным городам. Но мы всё ещё дружим, хоть я и выбыл немного из жизни из-за травмы.
Дамир и Ева уже даже ребёночка родить успели, а вот свадьба будет только сейчас. Они, бедные, зашиваются между универом, работой, ребёнком. Живут на съёмной квартире. Но я вижу, как Дамир счастлив, и значит, все проблемы решаемы.
Будет очень круто собраться всем на мальчишнике. Я прям воодушевлён этой новостью.
Сажусь в тачку. Поднимаю взгляд на окно второго этажа. Там Ева. Стоит с сынишкой на руках и машет мне. Взмахиваю в ответ и уезжаю.
Опаздываю я безбожно. Лихачу, прыгая из ряда в ряд.
Весь заряд позитива, которым напитался у четы Борисовых, как-то стремительно испаряется. И чем я ближе к родительскому дому, тем сильнее моё уныние.
Потому что там Ветровы. И мои предки, сочувствующие мне. И Катя эта…
Пытаюсь в деталях вспомнить её лицо четырёхлетней давности. Но оно не вспоминается. Память подсовывает мне лишь образ девушки на качелях. И даже когда её брат сорвал с неё капюшон, я ничего не разглядел и не запомнил.
Но так ли важно мне её лицо?
Совсем нет.
Тогда почему меня качает от визита Ветровых? Ума не приложу…
От матери уже два непринятых, но я ограничиваюсь лишь лаконичной смской: «Еду».
Через двадцать минут прибываю к дому. Опоздал на час. Хреново…
Въезжаю в гараж, глушу мотор и трачу ещё минут пять, чтобы собраться с мыслями. Выбираюсь из тачки, настраивая себя не хромать.
Дамир и Ева деликатно не замечали моей ущербности, и я звиздец, как благодарен им. Чего ждать от Ветровых?
Откровенно хромая, иду в дом. В холле стягиваю с себя куртку. Я всё ещё в спортивке, но тратить время на переодевание бессмысленно.
Вхожу в гостиную, и на меня устремляются шесть пар глаз.
— Ну наконец-то, Макар! — всплёскивает руками мама. — Мы тебя заждались.
Будто без меня им прям ужин — не ужин.
— Добрый вечер, — говорю я, ни на кого не глядя.
В ответ слышатся «привет» и «заждались».
— Всё нормально? — спрашивает отец.
— С твоей тачкой всё хорошо, — пытаюсь пошутить.
Прихрамывая, иду к свободному стулу, опускаюсь.
— Да при чём тут тачка, Макар! Ты в порядке? — продолжает напирать папа.
— Да. Всё хорошо. В спортзале задержался. Потом к Дамиру съездил.
Напротив меня — дядя Гена, и я жму ему руку, потянувшись через весь стол. А потом и парню, который сидит рядом с ним.
— Макар.
— Руслан.
Вглядываюсь в лицо нового члена семьи Ветровых. У него, кстати, довольно добродушное лицо.
— Нам тут обо всех твоих достижениях уже поведали, — улыбается он. — Высшая лига, значит? Круто.
— Я пока не играю, — давлюсь желчью, подступившей к горлу.
— Да всё хорошо будет, Макар. Восстановишься! — утешающе щебечет тётя Маша.
Понятно. Говорили, выходит, обо мне. Это, бл*ть, чертовски неприятно!
— Да, восстановлюсь, — сухо роняю я, двигая к себе тарелку.
И спасаю себя на несколько минут от болтовни, с аппетитом поедая утку.
Отец говорит с дядей Геной о рыбалке, мама развлекает тётю Машу всякими вычурными рецептами. Руслан молчит, потягивая колу из бокала. А Катя…
Внезапно понимаю, что она сидит справа от меня, и я ещё ни разу на неё не взглянул.
Вытираю губы салфеткой, отодвигаю тарелку и поворачиваюсь лицом к соседке по столу. Она в этот момент поднимает на меня глаза. Огромные и голубые. И да, они всегда такими были, теперь я это помню.