Шрифт:
— Я говорил тебе, сестра, как восхищаюсь тобой?
— Не говорил, — сухо отрезаю я.
— Ну вот сейчас говорю, — его самодовольная улыбка становится ещё шире. — Ты мой кумир, Катюш. Ну просто зе бест!
— Прикольно, наверное, вдруг узнать о своём родном брате или сестре, — включается в этот нелепый трёп Макар, явно не видя истинного лица Руслана.
— Очень прикольно, — соглашается этот дьявол. — Я то всю жизнь считал, что я у отца один. А тут бац — оказывается, у меня младшая сестрёнка есть. Да такая классная!
Всё, это уже перебор! Лицемерием от него несёт за версту.
Что он задумал?
Поднимаюсь с дивана, кладу подушку.
— Пойду посмотрю, как там родители.
— Да сидят они ещё. Бухают, — с презрением роняет Руслан, вновь сосредотачиваясь на гонках.
Но я всё равно иду к двери. А когда распахиваю её, до нас долетают громкие гневные голоса. В гостиной явно какой-то скандал. Мужчины говорят на повышенных тонах.
Макар и Руслан синхронно бросают джойстики и вскакивают с пола.
Глава 5
Скандал
Макар
Дядя Гена, походу, перебрал и разошёлся не на шутку. Мой отец явно накаляется от поведения соседа. А у мамки глаза на мокром месте. Она у меня такая — может поплакать и по поводу, и без.
Мы с Русом тормозим в дверях гостиной, не зная, как себя вести. А Катя сразу подбегает к своему отцу.
— Да какое вам дело?! — орёт он. — Как меня называют теперь, а? Двоежёнцем, да? Или убийцей?!
Вижу, как рядом со мной вздрагивает Рус.
— Да не пошли бы все!
— Гена! — рявкает мой отец, медленно поднимаясь из-за стола. — Возьми себя в руки или уходи.
— А что, в лицо не можешь мне сказать, что думаешь? — пьяно смотрит на него дядя Гена. — Ни за что не поверю, что Корниловы — белые и пушистые и не перемывают нам кости. Вы все только за глаза умеете шипеть, как гадюки. Будто у вас самих всё тихо-мирно, а непорядочных Ветровых можно и обгадить.
— Гена, успокойся, Бога ради! — пытается остановить его тётя Маша.
Дядя Гена в ответ кулаком вмазывает по столу, и она, вздрогнув, закрывает ладонями лицо. Её муж обводит невменяемым взглядом всю гостиную и останавливается на лице бледной дочери.
— Катюша, маленькая моя! Нечего тебе здесь делать. Такое гнилое общество не для тебя. Пошли.
Медленно встаёт. Видно, что ноги его почти не держат.
Ну ладно, перебрал мужик, а чего быковать-то? Людей оскорблять…
— Все уходим! — повышает голос, глядя на жену.
Тётя Маша покорно поднимается. Руслан подскакивает к отцу, помогает ему идти.
— Извините нас, пожалуйста, — растерянно шепчет Катя, глядя на мою мать.
— Хватит лебезить! — рявкает дядя Гена. — Чтобы не видел тебя больше рядом с ним! — тычет в меня пальцем.
Сатанею.
— Вы чё несёте, а? Кто вам что плохого сделал?
— Макар! — прикрикивает на меня отец и продолжает твёрдо: — Пусть уходят. Достал этот цирк.
— Цирк, да? — рвётся к нему дядя Гена, но Руслан его удерживает. — Моя семья — это цирк? А не рассказать ли твоей семье о похождениях Корнилова Андрея Олеговича, мм?.. — протягивает ядовитым тоном.
Моя мама становится ещё бледнее, а вот лицо отца багровеет. Успеваю подскочить к нему и схватить за плечи. Батя у меня сильный, но я оказываюсь сильнее.
Все что-то орут. Женщины плачут.
— Рус, уводи его, бля! — психую я.
Руслан выталкивает отца за дверь. Следом выбегают тётя Маша с Катей.
Отпускаю отца. Он быстро идёт к входной двери и пинком закрывает её. Потом, совершенно опустошённый, оседает на стул и переводит взгляд на мою мать.
Раскаивающийся взгляд. Печальный.
Мля, что происходит?
— Макар, иди к себе, — тихо говорит он.
Я остаюсь на месте, сжав спинку стула до онемения в пальцах.
— Пожалуйста, — просит меня отец.
Чёрт!
С ощущением кучи дерьма в душе, поднимаюсь наверх.
Хочется подслушать их разговор. Отец что, накосячил? Обманул мать? Изменил ей?
Да быть не может! Они же всю жизнь душа в душу. Не просто муж и жена. Компаньоны, друзья…
Мечусь по комнате, почти подволакивая ногу. Подхожу к окну, отдёргиваю штору. На крыльце соседского дома горит свет. В окнах тоже. На качелях сидит Катя. Руслан стоит в паре метров от неё.