— Ждать… Только ждать…

И мы ждали, периодически повторяя опустошение бутылей. Через тринадцать часов стало очевидно, что обращение пройдёт удачно. Самые важные изменения в её душе уже были завершены, оставалась только перестройка тела. Сколько будет длиться процесс, я не знал, но он больше не требовал вливания жизненной энергии.

Однако очнулась Ю Лан лишь через трое суток, что мы также провели у её кровати. Кожа бывшей химеры стала бледнее, верхние клыки ещё немного вытянулись, но не до гипертрофированных размеров. Ушки и хвост никуда не делись, цвет волос тоже не изменился, а вот открывшиеся глаза вместо тёмно-карего приобрели ярко-рубиновый цвет.

— Как ты? — почти шёпотом спросил я, неосознанно понизив голос.

— Х-хозяин? — её большие рубиновые глаза сфокусировались на мне.

— С каких это пор ты стала называть меня хозяином?

— Я… Я не знаю… Я… Оно само вырвалось, — Ю Лан состроила растерянную мордашку.

— Ясно, — мы с девочками переглянулись. — Как ты себя чувствуешь?

— Я… Нормально… А что случилось? Что я здесь делаю?

— Ты помнишь, как потеряла сознание в лаборатории?

Ю Лан на секунду задумалась, а потом мотнула головой.

— Нет, не помню, помню только, что мне вдруг стало очень больно, и я испугалась, а дальше ничего.

— Понятно… Что ж, случилось то, чего мы все боялись — ты начала умирать. Очень быстро. Стремительно. Я был вынужден дать тебе своей крови и начать процесс обращения в вампира. И, к счастью, процесс прошёл удачно, твоя душа не отторгла мою сущность, и ты теперь в полной мере моя дочь, со всеми вытекающими последствиями.

Ю Лан молчала, уставившись в пространство и, видимо, прислушиваясь к себе. Я не лез в её разум, а в эмоциях, кроме озадаченности, мало что было понятно, в том смысле, что царил там тот ещё шторм. Проникшиеся моментом девочки тоже затаили дыхание, даже Тмистис и Шеллис не спешили ломать атмосферу, ожидая, что будет дальше. Так прошло несколько минут, и только потом последовал вопрос:

— Значит, я теперь вампир?

— Да.

— И… — рубиновые глаза поймали мой взгляд. — И ваша… дочь? — при этих словах на её щеках появился лёгкий румянец.

— Именно. И ты была ей все последние десять лет.

Лицо Ю Лан дрогнуло, заставив девушку резко растереть ладонями щёки, будто борясь с неуместным порывом, но жест в этом плане оказался бесполезным, и в следующий миг она уже бросилась ко мне на шею с нескрываемой улыбкой на устах и, уткнувшись носом в ключицу, крепко вцепилась руками.

Не было ни слёз, ни слов, она просто молча прижималась ко мне, с непривычки не контролируя свою новую физическую силу. Я тоже молчал, только обнял её в ответ, отчасти понимая, какой груз давил на неё все эти годы. Страх смерти, он… он силён. Даже если ты пытаешься его игнорировать, даже если ты живёшь полной жизнью и в окружении близких… Хотя особенно если ты живёшь в окружении близких — если тебе есть что терять. И она жила так десять лет. Возможно, первые года не осознавая, но… она ведь всё видела, всё слышала, училась и видела все наши поиски. А это… даже если загнать очень глубоко в сердце, оно всё равно будет давить и отравлять жизнь. Теперь же она была жива, здорова и даже в каком-то смысле бессмертна, а слова про дочь… Похоже, не я один был рад этой встрече и тому месту, что маленькая рабыня заняла в моей жизни.

Так прошло около десяти минут, за которые к нашим объятиям присоединились ещё три пары рук и гордый плюх одной феи между пушистых ушек. Только Шеллис изображала надменную независимость и Гордость Эльф… кхм, простите, Дьяволов, сложив руки на груди и глядя на нас как на хулиганьё несмышлёное. Потом же Ю Лан заворочалась и спустя ещё минуту тихо и смущённо произнесла:

— Фо… Фобос… Я хочу пить… Очень сильно…

— Это Жажда, — выпустив девушку из кольца рук, я снял с пояса флягу. — Вот, выпей.

Ю Лан неуверенно приняла флягу, но спустя миг нерешительности прильнула к горлышку.

— Вкусно, — выдохнула она, когда осушила сосуд. — Больше пить не хочется.

— Хорошо, — я забрал ёмкость и, повинуясь порыву, запустил руку ей в волосы, слегка те взъерошив. — Тебе теперь некоторое время нельзя выходить на поверхность, по крайней мере, днём. Ну и придётся вплотную заняться магией, защищающей от излучения.

Ю Лан согласно кивнула и опять порывисто уткнулась мне в ключицу. От этого жеста в груди что-то шевельнулось, как и у моих жён, но если те ограничились улыбками, то я начал гладить девочку по голове. Уже такую большую, но… всё равно ребёнка.

«Дочка». Как непривычно звучит это слово. Кто бы мог подумать…

Два месяца спустя.

— Отлично, ты уже хорошо адаптировалась, — погладил я спрыгнувшую с потолка Ю Лан по голове, — ходишь совсем без напряжения. Сама как считаешь?

— Ум… Всё ещё не всегда получается правильно соизмерить силу, да и скорость тоже… — девушка забавно развела ушки. — Ох, до сих пор стыдно вспоминать, как смеялась Тмистис, когда я не вписалась в поворот, играя с ней в догонялки…