Я чуть было не ляпнул «уже», но в последний момент прикусил язык. Н-да, что ж, не зря я приехал сюда лично, ой не зря. А ведь была изначально мысль отправить Саватеевых, в последний момент передумал.

— Пошли, старче. А за это благодарю, — я потряс мешочком.

— Не за что, господин, — Тихон хитро прищурился, — я поступил так, как велела мне совесть.

Покинув сарай, я вернулся обратно в дом. Добыча приятно грела карман, все же теперь у меня есть средства для запуска трактира. Да и плюс продажа дома, который даст не меньше. Как ни крути, но это дворянский особняк, а они всегда в цене. Администрация может выкупить его, другие дворяне Торжка могут его купить, да без разницы, кто купит, главное — деньги.

В доме тем временем слуги собирали все самое ценное. Со стороны кухни гремели посудой, в погребе тоже слышался шум, а в центре всего этого бедлама стоял Саватеев старший и наблюдал.

— Миша, оставляй ребят тут, а мы давай проедемся до лечебницы. Хочу посмотреть, как там наш Федя.

— Как скажете, Алексей Николаевич, — Саватеев кивнул, после подошел к брату и что-то тихо сказал.

Я же вышел на улицу. Морозный воздух приятно щипал лицо, а в голове крутились планы дальнейшей жизни. Помимо того чтобы нужно устроить дела рода, мне еще нужно каким-то образом обнаружить следующего демона-координатора. И вот где его искать — непонятно. А еще нужно дождаться артефактов и наведаться к бывшей компании Громова-младшего. Парочка тварей там точно есть, и возможно, у меня хватит сил уничтожить их в отдельности от людской сути, если там, конечно, эта самая суть осталась.

— Едем, господин? — голос Миши вернул меня в реальность.

— Едем.

— День добрый! — Я ввалился в палату с двумя здоровенными пакетами. — Ну как ты тут?

— Алексей Николаевич! — Федя попытался вскочить, забыв про загипсованную ногу, но тут же ойкнул от боли и откинулся обратно.

— Лежи-лежи, — я махнул рукой, осмотрел палату в поисках холодильника и отправился выгружать гостинцы.

Нарезка сыров, нарезка колбас, нарезка всяческой вкусной рыбы, соленья и фрукты — мы с Саватеевым хватали в магазине всё, что попадалось под руку. О сладком тоже не забыли, так что Федя у нас теперь полностью укомплектован. В целом, печенья и шоколада у него столько, что можно использовать для обмена в качестве внутренней валюты. Ну или для подкупа медсестёр, если таковой понадобится.

— И вот ещё, — на дне второго пакета лежала стопка книг.

— «История российского флота», — Федя принялся читать корешки. — «Смерть замечательных людей», «Скандинавские мифы»… Алексей Николаевич?

— Мы не знали, что тебе может быть интересно, — я пожал плечами. — Взяли историческую прозу, чтобы наверняка. Хотя! Миша вот предполагал, что ты в принципе не любишь читать, и лучше взять фломастеры и раскраску.

Саватеев хохотнул.

— Ну как ты тут? — Я присел на стул рядом с кроватью.

В палате было всё так же светло и всё так же чисто. Сам Федя выглядел получше, разве что по объективным причинам начал зарастать щетиной. Точно! Бритвенные принадлежности забыли. Ну ничего, в следующий раз.

— Лучше, — сказал мужчина и кивнул на подвешенную ногу. — Вот это разве что… но врач сказал, что через пару дней можно будет её уже не держать на весу. Так что как только смогу, так сразу же вернусь домой, Алексей Николаевич.

— Да не торопись ты, — отмахнулся я.

— Вы лучше расскажите, как у вас дела! — Федя заёрзал. — Как там дома? Как Степанида? Что с машиной? И с трактиром?

На самом деле, если бы я решил пересказывать Феде всё, что случилось в его отсутствие, то рисковал бы задержаться здесь на пару часов. Поэтому я хотел было уже отмахнуться и просто сказать, что всё хорошо, но тут в кармане у Миши зазвонил телефон. Гвардеец вышел из палаты в коридор, и краем уха я услышал короткое отрывистое:

— Да. Да. Понял. Сейчас будем.

Саватеев вернулся в палату, и по его лицу я сразу же понял — что-то произошло.

— Алексей Николаевич, — сказал он. — В поместье пожаловал человек. Назвался сотрудником Тайной канцелярии. Ждёт вас.

— Вот как…

— Надо ехать, Алексей Николаевич.

— Понимаю.

Не могу сказать, что ожидал подобный визит так скоро. Но в целом, ничего удивительного нет — в тихом провинциальном Торжке в последнее время стало слишком интересно, чтобы вышестоящие органы этого не заметили. А потому:

— Извини, Федя, — сказал я. — Нам пора. Лежи и лечись, лечись и лежи. Это приказ.

Дорога от больницы до дома заняла минут двадцать. В дверях меня встретила взволнованная Степанида — женщина сразу же начала докладывать о том, что разместила дорогого гостя и предложила ему чай, кофе, десерт или чего-то посущественней, а тот, зараза такая, отказался вообще от всего. Телевизор ему включать не надо, и музыку он слушать не хочет.

— Надо было предложить экзотические танцы, — предположил я, снимая пальто. — Ты же умеешь танцевать экзотические танцы?

— Не смешно, Алексей Николаевич! Не к добру оно! Ох, чует моё сердце, что не к добру!

— Отставить панику, — улыбнулся я и прошёл в гостиную, где меня уже ждали.

Гость расположился в кресле у окна, спиной к стене. Хотя я могу поклясться, что раньше это кресло стояло по центру комнаты. Хм-м… профессиональная привычка, видимо. Выбирать точку с максимальным углом обзора.