Шрифт:
150%">
<p style="margin:0cm;margin-bottom:.0001pt;text-indent:35.45pt;line-height:
150%">
Три подписи – графини де Ла Фер, надо понимать моей матери и двух крестных, и три печати. Монастырская печать, хорошо мне знакомая, печать королевского прокурора и маленькая печать с точно таким же гербом, какой украшает документ вверху. А еще в ларце нашлась и сама эта печать, точнее перстень с этой самой печатью. Надо полагать это и есть герб графов де Ла Фер? А я значит виконтесса? И мое полное имя Мари Изабель Клотильда Жюли? Ну что ж, имена эти мне нравятся… И надо полагать, что та красивая белокурая женщина с грустными и добрыми голубыми глазами, которая иногда навещала меня, это и есть моя мать? Графиня де Ла Фер и обладательница многих других титулов, в том числе и английских? Кстати, когда я видела ее последний раз? Черт, получается что уже давно, пять лет тому, мне тогда как раз исполнилось десять лет… Черт, что я говорю?! И да простит меня Господь за такие скверные мысли… А мой отец? Я так понимаю что это граф де Ла Фер? Но почему он ни разу не навестил меня? Нет, я знаю, что у взрослых своя жизнь и часто у них нет никакого желания заботится о своих детях. Я знаю это от своих подруг, которые иногда покидают школу и гостят в своих семьях, в которых далеко не все счастливы. Но у меня и этого не было…
<p style="margin:0cm;margin-bottom:.0001pt;text-indent:35.45pt;line-height:
150%">
Ладно, что там еще? Беру конверт с цифрой I, он самый толстый. Открываю этот конверт и нахожу в нем большую тетрадь в синем сафьяновом переплете, почти такого же формата как наши книги учета расходов и доходов. Открываю эту тетрадь и начинаю читать. Первая страница начинается почти также как и документ о моем рождении – с оттиска перстня и текста:
<p style="margin:0cm;margin-bottom:.0001pt;text-indent:35.45pt;line-height:
150%">
Je, Anne Charlotte Jeanne Elizabeth Buckson, fille de Sir William Buckson, Lord Clarick et Margaret de Breuil, nee Mademoiselle de Breuil, Lady Clarick, petite-fille de la Jeanne de Breuil, duchesse de Berry, marie a la comtesse de La Fere, J'ecris l'histoire de notre famille et de ma vie afin que ma fille puisse me comprendre et, je l'espere, me pardonner de l'avoir laissee dans un monastere et pour tout ce que je n'ai pas fait pour elle durant son enfance.…
<p style="margin:0cm;margin-bottom:.0001pt;text-indent:35.45pt;line-height:
150%">
<p style="margin:0cm;margin-bottom:.0001pt;text-indent:35.45pt;line-height:
150%">
Я, Анна Шарлотта Жанна Элизабет Баксон, дочь сэра Уильяма Баксона, лорда Кларик и Маргариты де Брейль, урожденная Мадмуазель де Брейль, Леди Кларик, внучка Жанны де Брейль, герцогини де Берри, в замужестве графиня де Ла Фер, записываю историю нашей семьи и своей жизни для того чтобы моя дочь смогла меня понять, и, надеюсь, простить за то что я оставила ее в монастыре и за то, что я не сделала для нее в ее детстве все то, что обязаны делать своим детям любящие их родители и особенно мать.
<p style="margin:0cm;margin-bottom:.0001pt;text-indent:35.45pt;line-height:
150%">
Я стараюсь записать все, чтобы не забыть хотя бы главное. Память человеческая, она ведь весьма коварна, и играет с нами разные шутки, чаще всего злые. Мы часто забываем то, что следует помнить, и помним то, что требуется не только забыть, но и вообще не следовало бы знать. Память иногда коварна, нам кажется, что тот или иной день был зимним, морозным или сырым и дождливым и потому мерзким. Но заглядывая в календарь, мы убеждаемся, что это было летом, в июльскую жару, и только воспоминания о неприятном событии заставляют нас так думать.
<p style="margin:0cm;margin-bottom:.0001pt;text-indent:35.45pt;line-height:
150%">
Иногда я слышу легенды о себе, о событиях лет, минувших не столь уж и давно, о приключениях, моих и моего любимого супруга, твоего отца. И если бы я не знала правду, и не была бы участницей этих событий и приключений, я бы сама поверила бы в эти легенды. Но я была, и я участвовала, и видела. Времена тогда были весьма не простые. Впрочем, времена всегда таковы! Я пишу все это потому, что чувствую настоятельную необходимость рассказать правду о том, как оно было.
<p style="margin:0cm;margin-bottom:.0001pt;text-indent:35.45pt;line-height:
150%">
Так вот, моя любимая дочь, для начала я постараюсь объяснить, почему у меня так много титулов и фамилий, в том числе и английские. Это достаточно просто – мой отец Уильям Баксон, лорд Кларик, английский протестант, пуританин, был вынужден покинуть Англию из-за своей веры, поскольку он был бОльшим протестантом, чем того требуют догматы английской церкви. У нас во Франции, как вам должны были объяснять в монастыре, тоже много десятилетий продолжалась религиозная война католиков и гугенотов, французских протестантов. Война эта тянулась долго и принесла нашей стране неисчислимые горе и страдания, от этой войны устали все, но упрямо продолжали воевать. Воевать, пока наш добрый король Анри, четвертый этого имени, не издал знаменитый Нантский эдикт, уравнявший в правах и обязанностях всех жителей Франции – и католиков и гугенотов, и благодаря мудрой миротворческой политике короля, эта проклятая война вскоре прекратилась. Увы, мой дед, герцог де Брейль погиб на этой нелепой войне за два года до этого эдикта, а моя мать, Маргарита де Брейль еще до окончания этой войны выбрала для себя гугенотскую веру и покинула отчий дом. Я не знаю, почему она так решила. Родители мои, к сожалению, не успели мне это объяснить. Родители познакомились во Франции, в Нормандии в одной из гугенотских церквей во время воскресной службы, полюбили друг друга, вскоре обвенчались, а через год, 23 октября 1602 года родилась я. Во всяком случае, так я запомнила, потому, что осталась сиротой, когда мне исполнилось едва восемь лет.
<p style="margin:0cm;margin-bottom:.0001pt;text-indent:35.45pt;line-height:
150%">
Мой отец, не смотря на то, что он лорд по происхождению, считал, что для спасения души необходимо не знатное происхождение, а собственный труд. Он организовал дело, business, как он говорил. Он организовал производство сидра и крепкого напитка на его основе – кальвадоса. Дела у него шли успешно, и мы жили в большом доме в Нормандии посреди яблочных и грушевых садов, из плодов которых сидр собственно и делали. Наша идиллическая сельская жизнь, увы, продолжалась недолго. Однажды вечером в воскресенье в наш дом ворвалась дюжина наемных убийц. Главный из них скомандовал: «Девочка и женщина нужны мне живыми! Мужчину нужно убить!». Мой отец схватил свою шпагу и пистолет, и которые были у него всегда под руками, он дрался как лев и смог убить троих нападавших, но увы их было слишком много и наемники убили моего отца. Тогда, переполнившись отчаянием, шпагу отца схватила моя мать. Как по мне, то это был отчаянный и глупый безрассудный поступок – фехтовать она не умела, помочь отцу и защитить меня она не могла и через пару мгновений тоже была убита. Я видела все эти смерти. Потом наемники схватили меня, связали и куда-то повезли. Тогда я не знала и не понимала, куда меня везут, но отлично запомнила дорогу. Мы ехали четыре дня, останавливаясь на ночлег в лесах, минуя постоялые дворы и таверны на дорогах. Наконец-то мы приехали в большое красивое поместье, на много большее чем было у моих родителей, и в этом поместье был не дом, а целый громадный дворец, каких я тогда еще ни разу не видела. Меня развязали и под конвоем провели в гостиную, в которой меня встретила пожилая важная дама (по началу я решила, что это королева – какая я была тогда маленькая и глупая) и священник.