Маша кивнула. Вернулась к Прыткому.

– Все? Ушла трясучка? Бери людей, сколько сочтешь нужным. Обшарьте все двумя группами по правую и левую руку от линии секвох. Только быстро! Может, не успели они далеко уйти.

– Валить всех?

– Нет. Кого сможете – приведите живыми.

Пришедшая злобно оглядела лес вокруг. Она его тихо ненавидела. Там, где прошли ее детство и юность, не было таких зарослей, лишь скалы, да редкие кусты. И шумное, пенистое море. Маша закрыла на мгновение глаза, представляя, как дует ей в лицо свежий, соленый ветер, кричат чайки, охотящиеся за морскими мухами. Как же ей хотелось вернуться туда!

Ближе к рассвету вернулась та группа, которую вел Прыткий. Без успеха. А сразу за ней и вторая, во главе с Крапленым. Эти привели шестерых – побитых, со связанными руками, затравленно зыркающих вокруг. Пленников поставили перед Властительницей на колени.

– Кто старший? – безразличным тоном спросила она. Маша даже не смотрела на них, стояла в двух шагах и с едва слышными щелчками запихивала в магазин патроны. Но в ответ на молчание все-таки подняла глаза, брезгливо поморщилась. Возможно, кто-то из них отправил стрелу, едва не угодившую ей в голову.

Она отложила автомат, достала из-за пояса оружие поменьше, сняла его с предохранителя. Не выбирая специально, направила дуло пистолета на того, кто был к ней ближе.

Бах!

Пленники вздрогнули, а тот, которому не повезло оказаться рядом с Властительницей, завалился на снег.

– Есть среди вас главный? – повторила она вопрос. Посмотрела на оставшуюся пятерку внимательнее. Подошла к тому, кто был в центре, приподняла за голову.

– Надо же. Девчонка.

Маша прицелилась ей между глаз. В этот момент парень, что был крайним слева, дернулся, пытаясь подняться, но охрана не дала ему это сделать.

– Я! Я старший.

Маша опустила пистолет.

– Чего ж молчал? Сразу надо отвечать, а то видишь, что получается… – показала оружием на мертвое тело. – Уведите пока всех, кроме этого. С ним я поговорю.

Дождалась, пока ее оставят наедине с парнем. Присела на корточки, чтобы заглянуть ему в глаза. Спросила тихо:

– А что девка-то – твоя что ли? Чего испугался, когда я ее пристрелить хотела?

– Не моя. Но жизнь человеческая не должна так решаться. Это даже нам известно, выросшим в лесах. Только ты не можешь понять.

– Почему это?

Она выпрямилась, поглядела на него сверху вниз.

– Слышал я про тебя, – ответил парень.

– Слышал? Что? От кого?

– От того, чей народ ты себе присвоила! – с вызовом сказал парень, поглядывая на охрану. Но те делали вид, что не вникают в их разговор.

Маша усмехнулась.

– Хочешь сказать – от того, кто этот народ потерял из-за своего бездарного владычества? Где же он, этот гений управления?

Она огляделась.

– Говорящи-и-й! – крикнула так, что все вокруг невольно стали оборачиваться. – Ты здесь? Выходи!

Никто не откликнулся и не вышел к ним из лесной тьмы. Маша развела руками, в одной из которых по прежнему держала пистолет.

– Не хочет. И что он обо мне говорил?

– Что ты ведешь людей на погибель.

– Людей из его гнезда?

– Весь род человеческий. Ведешь на войну, которая никому не нужна. Все гнезда под удар ставишь. Поэтому, сказал, тебя надо порешить, пока не поздно.

– Давно ли ты его видел?

Парень молчал. Тогда Маша ударила его рукоятью пистолета по лицу. Он упал, сплюнул несколько раз, снова сумел встать на колени.

– Вчера. Но тебе это не поможет. Там, где он был, его уже нет.

– Не сомневаюсь… – сказала она задумчиво. – А вы то, дураки, откуда взялись?

– Сама ты… – процедил парень сквозь оставшиеся зубы. – С западной стороны идем, от своего гнезда на дело были посланы. Да только сомнений много. Вот когда Говорящего встретили, он нам все и разъяснил.

– Вижу я, как он разъяснил. Ладно, пусть остальных тащат обратно! – крикнула она Прыткому. Посмотрела еще раз на приведенных пленников, жестом показала, чтобы старшего в сторону отвели.

– Только по доброте душевной – кто из вас, подлецов, готов искупить вину передо мной и, возможно, остаться в живых? А то наших поубивали… Скольких они поубивали?

– Десять, – подсказали из-за ее спины. – Раненых столько же, но двое не жильцы.

– Итого дюжина человек. А сейчас каждая пара рук на счету. Только поэтому и предлагаю вам перейти на правильную сторону.

Но никто не двинулся с места, не произнес ни звука. Маша раздраженно поиграла пистолетом.

– Вы думаете, у меня есть время и желание вас уговаривать? Даю вам целых две секунды, если вы знаете, что это такое. Раз, два…